Часть 2

Часть Вторая

Глава Первая.

О том, чтобы – во всех вещах – блюстись суетного велехваления

  

                Похвали Иерусалиме Господа, хвали Бога твоего Сионе, говорит пророк (Пс. 147). Никто не может быть достоин похваления и прославления во всем, кроме Единого, все сотворившего Бога, Имже вся быша: Хвалите, сказано, Господа всиязыцы, похвалите Его вси людие (Пс. 116). Хвально и прославлено имать быти имя Господне во веки (1 Цар. 2). И еще: да не хвалится премудрый в мудрости своей, ни крепкий в крепости своей, ни богатый в богатстве своем; но о сем да хвалится хваляйся, еже разумети и знати Господа, и творити суд и правду посреде людей.

Во всех вещах не похваляйся сам, не ищи и от других похвалы, не завидуй и тем, которых похваляют, – да не подвергнешься в том и другом сугубому лишению: потере исправлений и осуждению зависти. Тот во всем искусен, кто не сам себя хвалит, но кого похвалит Бог. Ибо сказано: Хваляйся о Господе да хвалится, и прославляйся да прославляется о Господе, от Которого происходит все. Будучи похваляем за что-нибудь от людей, ищи утешения не в похвалах, но в Боге, все даровавшем, взыскуй истинного утешения. Все человеческое временно и непостоянно; Божие же все вечно и непреложно. Заботься о славе Божией, чтобы и Бог прославил тебя. Если будешь заботиться о славе Божией, то сам не пожелаешь тщеславиться, и Бог прославит тебя самого. Если же, презрев Бога, будешь стараться только о своем, то Бог оставит тебя.

Не похваляйся сам и похваляющих тебя не принимай в сладость – да не приимешь мзду своим добротам здесь – в похвалении человеческом: блажащий бо вас льстят вы, и стези ног ваших возмущают, говорит пророк (Ис. 3). Ибо от похвалы родится самолюбие, от самолюбия же – гордыня и надмение, а потом и от Бога отчуждение. Лучше ничего преславного в мире не сделать, нежели, сделавши, безмерно велехвалиться. Фарисей делал добрые дела, но, когда похвалился ими, все погубил, а мытарь, не сделав ничего доброго, спасся смирением своим: одному самохвальство ископало ров, другого же смирение вывело из рва, ибо говорится, что спиде сей оправдан в дом свой паче онаго (Лк. зач. 89). Похвалился Давид исчислением множества людей – и потерпел в людях смертную казнь. Езекия пред послами вавилонскими похвалился множеством богатства – и лишился всех сокровищ своих. Потом Навуходоносор похвалился созданием Вавилона – и семь лет, как скот, ел траву со скотами.

Если делаешь какое-либо добро, берегись велехваления; если же похвалишься, вдруг велехвалением твоим погубишь все, что приобрел трудом, и лишишься благодати Божией, ибо от похвальбы происходит возношение, от возношения – падение, а падение есть от Бога отлучение. Бог, все сотворивший, и то не так, как подобает, от людей прославляется и величается, а ты, ничего от себя не имеющий, бессмысленно желаешь, чтобы все тебя похваляли и прославляли. Не желай себе похвалы от людей, не хвались и сам. Бог знает, узнают и люди и без твоего велехваления похвалят тебя, если дела твои будут добры. Если же сам будешь велехвалиться, то все будут презирать тебя. Если же сам не будешь велехвалиться, то Бог и люди похвалят тебя. Если будешь молчать о себе, Бог возглаголет о тебе. Если же сам о себе будешь велеречить, Бог умолкнет о тебе и отвергнет тебя.

Не будь подобен кокошу (курице), хвалясь каким-либо своим делом – да не лишишься помощи Божией. Кокош, когда снесет яйцо свое, тотчас всем возвещает об этом – и, как бы хвалясь, кудахчет, что снесено яйцо. Не будь так безумен, не предъявляй пред всеми дел своих – да не здесь получишь себе от людей мзду, но покрывай свои дела молчанием – да будут они известны одному Богу и Им похвалены. Ибо если ты сам себя будешь хвалить, то Бог не похвалит тебя; если сам будешь восхвалять себя, то никто и из людей не похвалит тебя; если же не будешь сам хвалиться, все ублажат тебя. Лучше тебе, чтобы другие хвалили тебя, нежели ты сам безумно хвалился: не хвалися во внутренних, не веси бо, что родит находяй (день): да хвалит тя искренний твои, а не твои уста, говорит Соломон (Притч. 27).

Велико есть действие твоего неразумия, когда ты никому не хочешь открывать и объявлять о своих бесчисленных злых делах, а какое бы ни было малое добро твое, всем радостно открываешь – желательно хочешь объявить, чтобы все хвалили и прославляли тебя, дабы от всех насладиться гордостным тщеславием. Зачем ты ищешь утешения от человеческих похвал? Довольно тебе того, что дела твои известны Одному Богу и благоприятны Ему. Итак, не хвались сам, а ожидай похвалы от Единого Господа: ни в чем себя не похваляющий во всем есть премудр, а велехвалящийся в чем-либо во всем безумен. Тот глуп и весьма неразумен, кто не своею, а чужою хвалится одеждою или богатством чужим, не имея ничего своего, на что бы мог опереться. То же самое и у тебя.

Другие совершили множество добродетелей: расточили (на бедных) имение, оставили (неимущим) богатство, сделали дела преславные, просветили мир, умудрили людей, спасли души многих и – не хвалились, а ты, не сделав ничего доброго, не сотворив ничего благоугодного, – и этим ничем безумно хвалишься! Не хвали сам себя, но внимай тому, чтобы Бог похвалил тебя: Бог и помимо твоего велехваления узнает, что у тебя будет хорошо, и, если Ему будет угодно, прославит тебя и не хотящего прославляться: Он прославит и никого без великого (должного) воздаяния не оставит. Если же ты сам будешь похваляться, то лишишься разума и от Бога похвален не будешь.

Не похваляйся ничем, не говори, что ты богат, обогатился всеми благами и ничего не требуешь, тогда как не сознаешь, что ты окаянен, нищ и ничтожен, слеп и наг, как говорит Тайновидец (Апок. 3). Поэтому егда и вся сотворите поведенная вам, глаголите, яко раби непотребни есмы, еже должни были сотворити, сотворихом, говорит Господь (Лк. зач. 84). Всяка бо правда человеческая пред Господом, яко руб (ветошка), поверженный на гноищи, говорит пророк (Ис. 64). Знаю, что и ты – человек – не любишь велехвалящихся, когда кто пред тобою, величаясь, похваляется; так Бог не любит самохвалов. Ты же, ничего от себя не имея, велехвалишься, пред всеми сплетая себе похвалу и все себе приписывая. Не нам, Господи, но имени Твоему дождь славу, говорит пророк (Пс. ИЗ). Хвалися ты о Боге, и Бог восхвалится о тебе; возлюби ты Бога, и Бог возлюбит тебя. Если же ты, ища только своего, презришь Бога, то и Бог презрит тебя и отвергнет тебя.

Что хвалишися во злобе, сильне, говорит пророк (Пс. 51). Для чего требуешь похвалы за добро твое от других? И сам ты знаешь, что есть добро. Добро всегда остается добром, хоть бы и никто его не хвалил, а зло остается злом, хоть бы и никто его не порицал. Если тебя и все люди будут хвалить, ничего тебе от этого не прибудет; если же и никто не похвалит, ничего не лишишься. Если и никто не похвалит тебя за добро твое, довольно будет для тебя, если Сам Бог похвалит тебя. Ничего не значит быть хвалиму от людей, ибо не ради людей ты делаешь что-либо доброе, но ради Бога. Потому ищи похвалы и возвышения не от людей, а от Единого Бога – да будешь похвален и прославлен от Него вовеки и вечное воздаяние от Него получишь.

Итак, находясь в благополучии и почитании, не очень велехвались и, будучи в презрении, не впадай в ропот и отчаяние: в том и другом пребывай умерен и благоразумен. Когда бывает у тебя что-либо доброе и радостное, то веселись, не хвалясь безумно, а когда случится с тобою какое-нибудь зло, не до забвения предавай себя скорби. Ибо век сей, настоящий век, весьма удобно изменяется, и все вещи в нем превратны. О всем воссылай Богу славословие и благодарение и все Ему приписывай – да и Он вменит тебе все Свое и дарует жизнь вечно блаженную.

Глава Вторая

О том, чтобы не слишком утешаться почитанием и славою человеческою,

потому что та и другая изменчивы (прелестны)

                       Не желай, человече, быть почитаемым и славимым от людей, чтобы не лишиться тебе славы Божественной. Не слишком утешайся славою мира сего – да не будешь внезапно огорчен бесчестием. После славы и почитания человеческого обычно следует часто и неожиданно бесчестие, после земного благополучия – тщетность его, после веселия и плотской потехи – скорбь и печаль, ибо век сей переменчив и все вещи – дела и явления – в нем преходящи: за благополучием, вслед его (созади), всегда следует перемена и неблагополучие.

Не прилагай сердца своего к почестям и славе человеческой: она льстива и кратковременна; все в мире непостоянно, кроме Единого Бога и Его предвечной славы: все в мире сем изменяется, и всякая почесть и слава вместе проходят. Потому не утверждай стопы ног твоих на этих прелестях, чтобы не остаться тебе, как на весеннем льду, кругом истаявшем. Будет ли у тебя тогда какая-нибудь надежда на благополучие?

Не самолюбствуй и не слишком радуйся почитанию и величанию мира сего – да ненадолго потом опечалишься бесчестием его; не слишком утверждайся на почитании его, потому что внезапно последует изменение его. Почитание и слава человеческая подобны огненной искре, внезапно блеснувшей и тотчас же угасшей, или волне морской, во мгновение ока вознесшейся и тотчас же разседшейся. Итак, не очень утешайся этим. Утешающийся безумно почитанием и благополучием мира сего пусть знает, что потом внезапно до беспамятства восскорбит об изменении сего.

Слава и почести человеческие никогда не бывают в одной мере, но непрестанно изменяются, как луна. Потому не очень утешайся почитанием и благополучием преходящего мира сего: вслед его следует внезапное изменение. Мир сей непостоянен, и все вещи в нем переменны: ныне слава и почести – и вдруг неожиданное бесчестие; ныне радость и веселие – и вдруг неожиданная скорбь и печаль; ныне здоровие – и вдруг недуг; ныне жизнь – и вдруг смерть. Мир многих многими привлекательными почестями обогатил, но смерть внезапно лишила их.

Не надмевайся сердцем в гордыне твоей и не величайся человеческим предпочтением, считая себя великим, но вменяй сие за сонное мечтание. Ибо человеческое почитание непостоянно и весьма превратно. Иудеи почли Господа ветвями (вайями) и скоро оплевали Его: немного почли – и вдруг внезапно обесчестили Его; одни почитали, а другие готовили крест для распятия; преклоняли пред Ним колена – и вдруг ударяли Его по ланите; взывали: «Радуйся, царь Иудейский» – и тотчас же на пресвятую главу Его возлагали терновый венец. Таковы слава и почитание человеческие! Почтен был царь Давид помазанием от Самуила на царство – и вдруг гоним был от Саула. Почтен был от царя Артаксеркса больше всех князей Аман – и скоро был повешен. Так внезапно изменяются благополучие мирское и почитание человеческое!

Злохитростен мир и его почести. Когда человек благоденствует, тогда все почитают и славят его, а когда он в презрении, все отвращаются. Когда человек в благополучии, тогда у него множество друзей и ласкателей, или льстецов, а когда он в злострадании, все далеки от него. Апостолы, когда Христос пользовался от всех почетом и удивлением, все ходили вслед Его, а когда Он страдал, все оставили Его и далеко отбежали. Итак, не надейся на благополучие и почитание человеческое, но всю надежду и упование свое возлагай на Бога: день и ночь к Нему, Единому, возносись всегда сердцем и умом своим.

Предпочитание и слава человеческая за благополучием следуют, как тень за солнцем. Когда солнце сияет, тогда и тень бывает, а когда солнца не видно, тогда и тень скрывается. Так и находящегося в благополучии все люди славят и почитают, а когда он в чем-либо неблагополучен, все презирают и отвращаются от него. Это подобно полевому желтому цветку, который с восхождением от востока солнца развивается, а с захождением солнца к западу опять свертывается и никогда не бывает в одном и том же виде. Таков и мир сей с его обычаями и почитаниями!

Люди часто в глаза сладко славят и почитают, а, отошедши, горько осуждают и клевещут. Сегодня одобряют, а завтра осуждают. На глазах так, а за глазами иначе. Непостоянно и изменчиво почитание человеческое, весьма обольстительно и превратно. Одни почитают, другие бесчестят; одни хвалят, другие порицают; одни говорят доброе, другие – злое. Человеческая слава и почитание никогда не могут быть постоянными и равномерными, но всегда они переменны.

Мир сей с его почитаниями так устроен, что всегда вращается, как мельничное колесо: всегда и непрестанно обращается сверху вниз, снизу вверх, а когда останавливается течь вода, тогда и оно (колесо) стоит праздно. Мир сей всегда лицемерит: для стоящих на высоте почитания перемены от ветров и бури бывают сильнее, чем для идущих по долине смирения и унижения. Насколько велико почитание, настолько велика и боязнь. Насколько кто возвеличивается почитанием и славою, настолько потом смирится бесчестием или здесь – от людей, или там – от бесов. Елико, сказано, прославися и разсвирепе, толико дадите ей мук и рыданий (Апок. 18,7).

Итак, насколько тебя почитают, настолько почитай себя недостойным почитания – да пребывает в душе твоей всегдашнее смирение. Помни смерть, которая не разбирает славы и почитания, но всех делает равными. Где теперь славимый, богатый и почитаемый? Где князья и господа? Где витии и мудрецы века сего? Где обладавшие многими странами и землями? Малый гроб вместил их в себе. Где цветущие, прекрасные и благолепные лица? Отошли, как бы никогда и не были, – изменились и следа почитания и славы не оставили.

Глава Третья

О том, чтобы не гордиться в веке сем никакою вещию

 

                       Не будь горд и величав – да не уподобишься бесам; не возносись сердцем – да не будешь сравнен с ними. Но будь кроток и смирен – да будешь возвышен от Самого Господа и соединишься с ангелами: на кого бо воззрю, токмо на кроткою и смиреннаго и трепещущаго словес моих, говорит Господь. Бесы тем особенно и отличаются от ангелов – тем и от Бога отпали, что не пребыли смиренными и благопокорными. Ибо нет ничего так мерзкого не только пред Богом, но и пред людьми, как самовозношение и гордость, равно как нет ничего любезнее и приятнее, как кротость и смирение.

Смиренный и кроткий всегда бывает мирен; горделивый» же и величавый всегда бывает взволнован и смущен. «Господь наставляет кроткия на суд, научает смиренныя путем своим», – говорит пророк (Пс. 24); «гордых расточает Господь мыслию сердца, смиренных же и единомысленных вселяет в дом Своея благодати». Будь благопокорлив – да уподобишься ангелам. Не гордись ни пред кем даже самым малым – да не будешь и сам отвергнут от Бога. Не возносись ни в каком случае – да, упавши вниз, не подвергнешься всякому злу: падет бо гордый и сокрушится (Иер. 50), и не будет возставляяй его, говорит пророк (Пс. 130). Не ходи в великих, ниже в дивных паче тебе — да, устрашившись от Бога, не впадешь и останешься в сетях врага (ловителя).

Гордыня рождается от безумия и душевной слепоты; от разума же и познания происходит смирение. Если бы ты истинно познал себя, то не был бы горделив: если истинно познаешь себя, не будешь гордиться. Но так как ты хорошо еще не знаешь себя и – как должно – не разумеешь, то и гордишься несмысленно – гордишься какою-либо вещью ничтожною или лучше – ничем. Будучи таким образом горд и высокомерен, познай себя. Познай, что Господь гордым противится, смиренным же дает благодать, говорит Соломон (Притч. 3). Познай, что Господь кротких принимает, а гордых грешников смиряет до земли; смиренных возносит, а гордых понижает; от смиренного и малое приемлет, а от гордого и великое отвергает: от смиренного мытаря принял одно воздыхание, а от гордого фарисея отверг и многие добродетели. Пред Богом лучше смиренный грешник, нежели горделивый праведник: мерзок бо есть пред Богом всяк высокосердый, говорит Соломон (Притч. 16).

Бог везде отвергает гордых и приемлет кротких: «низлагает сильных со престол и возносит смиренных, алчущих исполняет благами и богатящих отпускает ни с чем». Избрал Господь смиренных апостолов, а гордых фарисеев отверг, отверг премудрых философов, а избрал самых простых рыбарей, отверг благородных и великих князей, а избрал смиренных и бедных – Иосифа-древоделя и Пресвятую Деву – Матерь. Итак, никто не гордись благородием предков, зная, что все мы имеем после Бога одного праотца – Адама; наследие же наше – прах и пепел. Мы взяты от земли, в землю и опять пойдем. Не будем превозноситься друг пред другом, всех нас земля сравняет и каждому даст свою участь.

Не будь горд, если и старейший сан имеешь, чтобы не научить гордости и надмению и подчиненных тебе, ибо каков старший, таковы обыкновенно бывают и подчиненные. Старейший всех людей и высший всей твари – Господь – показал тебе образ смирения в Себе Самом. Он, взяв лентион (полотенце), умыл ноги учеников – принял зрак раба, смирил себя, послушлив был даже до смерти, смерти же крестной, дабы и мы, видя Его таким, смирялись – не гордились ничем в мире сем. Все останется здесь, все обратится в прах и пепел, а ты один пойдешь туда, где не будут смотреть на чины и величие, – но каждый приимет от Господа по делам своим. 6. Не возносись временным почитанием сана, потому что он временен. Не гордись и величанием твоего старейшинства, потому что оно изменяемо. Сан естества не отнимает, и старейшинство человечества не изменяет. И старейший есть такой же человек, как и прочие: та же тля и пепел, как и другие; ничего не имеет старейший лучшего против малейшего, кроме временного почтения саном. Потому слава твоя и почесть старейшинства да не предают тебя величанию и гордыне, но больше и больше да смиряют тебя: елико бо, говорит Сирах (3), велик еси, толико смиряйся, да обрящеши пред Господом благодать. Сия почесть дана тебе временно для того, чтобы исправлять других, а не для того, чтобы ею возноситься и величаться. Это – обычный человеческий чин, чем же тут гордиться старейшему? Всякая существующая вещь изменяется: и сущая бывает яко несущая и бывающая яко небывающая.

Недаром дан тебе сан и временное почитание мира сего, но для того, чтобы ты показал равные твоей славе и почитанию исправления и добродетели, совершаемые во смирении. Помни конец твоему старейшинству и внезапное изменение славы твоей – и никогда не прельстишься и не будешь полагать упования своего на славу и почитание. Ибо это не что иное, как сонная мечта и весенний лед. Не напрасно древние мудрецы, когда избирали старейшину и возлагали на него венец, тотчас же зажигали лен, бросали его вверх и говорили: «Слава человеческая так же скоро угасает, как лен, брошенный вверх, блеснувший и тотчас же на землю упавший и внезапно угасший».

Цари, князья и вельможи пусть не величаются своим величеством, ибо во время смерти сан и величество ничему не помогут, но даже в большую тяготу послужат. Пусть никто не говорит: «Я благороден, а он худороден; я богат, а он беден». Смерть каждого из нас равно смирит и всякую разницу сгладит. В гробу, по голым костям, нельзя узнать: кто благороден или худороден, кто богат или нищ, кто славен или бесславен. Потому пусть никто не превозносится своею славою, или сокровищами, или каким-либо богатством. Ибо все наги туда пойдем, ничего с собою не возьмем, ничего при нас не останется, кроме дел наших, которые мы сделали в жизни сей.

Зачем, человече, напрасно ты будешь гордиться в тленной плоти? Ничего не найдешь ты в себе достойного гордости и превозношения: взят ты от земли, в землю и опять пойдешь; из ничего ты сотворен и не знаешь, куда опять возвратишься и какую участь получишь. Итак, не гордись богатством, ибо оно исчезает; не гордись плотскою родовитостью, ибо все мы тля и пепел; не гордись ни силою, ни премудростью, ни красотою плоти: все это не от тебя – и ничем другим не гордись, ибо ничего своего не имеешь, но все у тебя Божие. Если захочешь гордиться разумом и премудростью, то ее дал Бог; если силою и красотою, то все устроил Бог; если имением или богатством, то и это все даровал Бог; если благородием, то все мы земля и пепел; если величием сана, то все в руках Божиих, если каким-либо добрым делом, то и этому помог, устроил это и укрепил на это Бог. Все Божие, а не наше. Не имеешь, чем надмеваться и пред другими гордиться. Лучше считай себя худшим всех. Все свое присвояй Богу – да будешь с Ним в единении во всем: с Богом все будет твое, а без Бога ты чужд всего.

Гордый идет не простым и не прямым путем, но стропотным, исполненным терния и волчцев. Гордый законопреступоваху до зела, и от закона Твоего уклонишася, говорит пророк (Пс. 118). Сие самое настоящее преступление и безумное уклонение от закона и возгордение происходит от непознания своей немощи. Не чрез что иное бывает преступление и падение, как чрез гордыню; ни сердечное исправление бывает не от иного чего, как только от смирения и простоты. Где бы и когда ни случилось падение, его всегда предваряла гордыня. За гордость свержен был с неба сатанаил; чрез гордость фарисей погубил все добродетели; за гордость Навуходоносор лишен царства – и, как скот, со скотами семь лет ел траву. И тысячи тысяч падений – все происходят от гордыни. Итак, будь всегда смирен и всегда покрываемый и соблюдаемый Божиею благодатию, будешь без всякого порока – и пребудешь без падений – без преткновения.

Глава Четвертая

О том, чтобы всегда и во всем смиряться

пред Богом и людьми

                       Приидите ко Мне вси труждающшся и обременении, и Аз упокою вы. Возмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. зач. 43), но не иго гордости и возношения – и обрящете покой душам вашим. Нигде не найдешь покоя, как только в смирении; нигде не найдешь и большего смущения, как в гордости. Если хочешь иметь тишину и покой, будь смирен; если же не так, то всю жизнь свою проведешь в молве и смущении, в скорби и печали и никогда не будешь свободен от падения. Смиряйся пред всеми – да будешь возвышен от Господа. Жалкое будет твое самовозношение, если не будешь возвышен от Бога, ибо твое возношение есть от Бога отпадение, а Божие возвышение во благодати Его. Если ты будешь возвышаться, то Бог снизит тебя; если

же будешь снижаться, то Бог возвысит тебя. Но, если бы и Бог возвышал тебя, ты, однако же, будь смирен, чтобы и всегда был возвышаем от Господа. Смиритеся пред Господом, и вознесет вы, говорит апостол (Иак. 4,10).

Помни образ смирения: плоть твоя взята от земли и опять пойдет в землю. Приведен ты в бытие из небытия и опять неизвестно куда обратишься – где будешь устроен от Бога. Не сам себя привел ты в бытие и не знаешь, куда переселишься после здешнего временного бытия. Итак, будь смирен и всегда говори с пророком: Господи, не вознесеся сердце мое, ниже вознесостеся очи мои, не ходих в великих, ниже в дивных паче мене (Пс. 130). Или, как говорит тот же пророк: Аз есмь червь, ане человек, поношение человеков, уничижение людей (Пс. 21, 7). Как тебе не быть смиренным, когда ты сам по себе ничего не имеешь? Как ты будешь возвышаться, когда без помощи Божией ничего Богоугодного сделать не можешь? Будь так смирен, как и сотворен от Бога смиренным. Бог сотворил тебя смиренным, а ты возносишься! Бог не попустил тебе делать что-либо благоугодное помимо Его, а ты все приписываешь себе – возносишься сам собою! Что имаши, еже не приял еси, аще же приял еси, что хвалишися яко не прием, говорит апостол (1 Кор. зач. 130).

Смиренно мысли, смиренно говори, смиренно мудрствуй, смиренно все делай, чтобы быть тебе на всех стезях твоих беспреткновенным. Откуда взялись память, плоть и душа? Кто сотворил их? И куда они опять пойдут? Познай себя внутренне, что весь ты тля, вникни внутрь себя и уразумей, что все в тебе суетно; без благодати Божией ты не что больше, как сухая трость, бесплодное древо, иссохшая трава на сожжение огня, тряпка, брошенная в навоз, сосуд греха, просторное вместилище всех скверн и безумных страстей, полная чаша всякого беззакония. Ничего ты сам в себе не имеешь доброго, ничего благоугодного, кроме греха и преступления, ниже возрасту своему приложити можеши лакотъ един, ниже сотворити бела или черна власа (Мф. зач. 18).

Не возносись саном, если имеешь его, не гордись и величанием старейшинства: там не на чины будут смотреть, но на добрые дела, не на величание и гордыню и не на благородие, но на кротость и смирение: не в гордыни бо и величании, но во смирении нашем помянул ны есть Господь, и избавил ны есть от враг наших, говорит пророк (Пс. 135). Многие найдутся там славными из неславных здесь, там честными из здесь бесчестных, а славные и честные здесь там окажутся в великом бесчестии; благородные мира сего окажутся отверженными, худородные же почтутся; гордые и богатые окажутся в геенне, а нищие в царстве небесном, возносящиеся – с бесами, а смиренные с Господом. Ибо там не такое лицемерие, как здесь. Там оценит Господь каждого и Своим праведным и нелицемерным судом всех поставит на свое место, смотря по делам их. Итак, ничем не возносись, но всегда и во всем будь смирен: мудрствуй смиренно, веди себя смиренно – да будешь вознесен от Самого Господа.

Насколько велик твой сан, настолько велико должно быть и смирение твое; насколько велико почитание, настолько должно быть велико и уничижение себя – в смирении, сколько возносят тебя люди, столько и смирен будь. Сколько люди тебя почитают и славят, столько считай себя недостойным чести. Не возвышай себя какими-либо доблестями – да не будешь отвержен Богом. Не думай и не говори, что ты то и то сделал, чтобы все твое не рассыпалось внезапно пред глазами твоими. Если же что сделал ты доброе, говори, что это не ты сделал, но благодать Божия со тобою. Спасение наше не столько в делах наших, сколько в милости Христовой, ибо Бог, что захочет, примет от нас, а чего не захочет, отвергнет. Все приписывай Богу, чтобы Он все твое вменил Тебе и был тебе во всем скорым помощником. Не желай старейшинства или какой-либо чести на земле и не почитай себя во всем достойным почестей, но думай, что ты хуже всех. Ибо тогда ты будешь достоин чести, когда будешь считать себя недостойным ее; тогда будешь велик, когда будешь сознавать себя малым; тогда будешь чем-нибудь, когда признаешь себя ничем.

Образ смирения в себе показал тебе Господь, смирив Себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя. От смирения рождается послушание и повиновение, а от гордыни пререкание и непокорность. От смирения Богу – присвоение, а от гордыни от Него отпадение. Не имеешь ты, человече, чем гордиться, ибо ничего не имеешь от себя -ничего не имеешь своего. Был ли ты прежде когда-нибудь в веке сем? Не был. Знаешь ли, когда мать твоя зачинала тебя во утробе своей? Или ты своею силою и по своим мыслям так рожден? Знаешь ли, как ты во времени так вырос и получил такой вид? Разумеешь ли, к какому концу ты придешь? Если всего этого не знаешь и не разумеешь, то зачем же напрасно гордишься тем, что не твое, а Божие?!

Будь смирен и благоразумен. Если что люди тебе приписывают, все то приписывай Богу. Ибо все от Него: Он все сотворил. Не дивись, что иные не разумеют и не знают, что есть Божие. Но ты, зная это, не будь безумен: относи туда, куда тебе прилично, туда приписывай, откуда все происходит. Все от Бога, Богу все и приписывай. Он всему начало, к Нему все и относи. Он все содержит, к Нему все и обращай. Лучшая всего мера смирения – почитать себя хуже всей твари – всякого создания. Ибо если будешь считать себя хуже всей твари, то не будешь признан худейшим всей твари. Поэтому признавай себя худшим всей твари, дабы Господь почел тебя лучшим всей твари.

Но будь смирен не безумно; смиренномудрствуй правильно, разумно. Не бессмысленно смиряйся во всяком неразумии – да не уподобишься скоту бессловесному. Смирение разумное, как и все другое, принимается за добродетель, а смирение бессмысленное отвергается, ибо и бессловесные скоты часто бывают смиренны, но без разума, потому и недостойны никакой похвалы. Но ты смиренномудрствуй разумно, чтобы не быть тебе прельщенным и во всем осмеянным от противников твоих; итак, смиренномудрствуй в правом разуме, дабы не быть тебе во всем преткновенным. И, если будешь смирен, соединишься с Господом, а если будешь горд, будешь отвергнут от Него. Как смирение может спасти, так высокоумная гордыня может погубить, что открылось на мытаре, и фарисее и на многих других.

Что есть смирение? Смирение есть познание себя и своего ничтожества. И справедливо это познание своего ничтожества, потому что и сотворен ты из ничтожества и ничего сам от себя не имеешь. Как же ты можешь думать что-либо о себе? Как недостойно смирения! Как достойно удивления, когда человек думает о себе много. Все мы произошли из ничтожества и не знаем, что с нами будет – куда Господь определит нас. Рождены мы от тли, от мрачного – невзрачного – семени, манием Господним, потом обратимся в смрад, прах и пепел, а душа наша устроена будет, как весть один только Бог, Творец и Создатель всего.

Пусть соберутся все земные разумы; пусть правильно мыслят все философы, и они удивятся Божиим чудесам: как дивен Господь! как силен! как милостив и преподобен в советах Своих больше всех сынов человеческих! Ибо, не имея нужды в человеке, создал человека и, создав, ничего не требует от него, кроме правого разума и истинного покаяния, чтобы, познавая благодеяние Его, прилеплялся к Нему любовию и, видя, что ничего от себя не имеет, всегда пребывал смиренным, принося за все и всегда благодарение и славословие Богу.

Глава Пятая

О том, чтобы и мало не приписывать себе

чего-либо хорошего

 

              Не увлекайся самомнением и высокоумием, думая, что ты можешь сделать что-либо доброе от себя или сам собою. Без помощи Божией, ничто хорошее не может происходить от тебя, кроме всего злого – всякого греха. Ибо ты зачат в беззаконии и в грехах родила тебя мать твоя (Пс. 50). Ничего не имеешь от себя, все от Господа. Как произошел ты не от себя, так и иметь ничего хорошего не можешь от себя. Потому не думай о себе ничего: мня бо себе бытии что, ничтоже сый, себе льстит, говорит апостол (Гал. зач. 214).

Если и будешь иметь доброе намерение, не можешь без помощи Божией, сам собою, стать против греха и победить его, ибо вследствие первобытного падения от самого рождения твоего ты подпал под иго и рабство греха и потому сам собою не можешь освободиться от него, если Господь не поможет тебе и не укрепит тебя. Впрочем, сам от себя и намерения доброго не можешь иметь, если Господь не возбудит его благодатию Своею. Если источники водные не дадут воды, то не потекут реки; так, если благодать Господня не поможет, все у человека останется пусто.

Как ветви без корня ничего не могут от себя произращать, так и ты без благодати Божией ничего доброго не можешь ни пожелать, ни сделать. Господь есть корень, а ты розга или ветвь: до тех пор можешь делать что-либо Богоугодное, пока находишься в общении с Богом, а когда с Богом разобщишься, тогда впадешь во все злое. Якоже роза не может плода сотворити о себе, аще не будет на лозе (Ин. зач. 50), так и мы, если не пребудем в Господе: без Мене бо не можете ничесоже творити, сказал Господь (там же). Ибо Он корень и источник всякого добра.

Как ты можешь сделать что-либо Богоугодное, когда намерения твои направляются не к единению с Богом и ты ничего не делаешь во славу Его? Если бы и было какое-либо мнимое добро, совершенное не в Боге, то оно не было бы добро, потому что сделано не с Богом и не во славу Его. Многие думают делать добро сами по себе, но такое добро не Богоугодно, ибо делается не с Богом и не во славу Его. Никакое добро не может быть добром, если не с Богом и не для Бога делается, равно как и злое не может быть злом, если делается не помимо Бога. Ибо Он есть начало и бесконечный конец всему доброму.

Никто, в самом деле, не может творить не только доброго, но и злого без попущения Божия на зло и без помощи на добро, ибо Он все сотворил и все содержит в Своей власти. Если же кто делает какое-либо зло, то творит оное не с помощью Божией и не по благоволению Божиему, а самовольно, только по одному попущению от Бога, ибо Бог не есть Помощник зла, но добра. Но Он злым иногда попущает делать зло, а иногда возбраняет – по Своему усмотрению: также и добру иногда пособствует, а иногда препятствует, дабы и в злом, и в добром испытать свободное произволение человека и показать Божественную власть и державу.

Злой без Божия попущения не всякое зло может сделать, также и добрый без помощи Божией не может делать добро, несмотря на то что каждый почтен от Бога самовластием. И не только люди, но и бесы имеют свои цели, но перейти за свои пределы не могут. Но Бог по известным причинам как хочет: одному часто не попускает делать зло, а другому не пособствует и в совершении добра, дабы он, сознавая свою немощь и прося у Него помощи, избегал самомнения и, сознавая, что сам по себе ничего не может, пребывал всегда во смирении.

Как злому часто Бог не всякое зло попускает ради благословных причин, так и доброму – добро. Но намерение обоих согласует с делом. Если бы злой мог делать все злое без попущения Божия, а добрый все доброе без помощи Божией, то никто ни в чем не желал бы искать помощи Божией, никто не радел бы о молитве и молении: каждый все делал бы по своей воле, не думал бы, что есть смотрение и власть Бога, промышляющего и всем обладающего, – в таком случае не было бы никакого различия между властью Творца и твари. Потому не считай себя великим, но знай, что ты ничто. Ибо много думающий о себе слеп душою и не просвещен в разуме. Себя прельщает и идет не зная куда.

Аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждущий: аще не Господь сохранит град, всуе бде стрегий, говорит пророк (Пс. 126). Ты старайся и будрствуй – трезвись – во благом, а на себя не надейся, но всегда, молясь Богу, усердно взыскуй Его помощи. Если Господь поможет и споспешит тебе, дело твое совершится, если же нет, все твое рассыплется. Если бы и было у тебя, по твоему мнению, что-нибудь доброе, а Господу было бы неугодно принять его, то какая тебе из этого польза? Если бы и восхотел ты в своем возношении похвалиться пред Господом каким-либо кажущимся добром своим, а Он не принял бы сего, то не поможешь себе этим. Но скажет тебе: друже, не обижу тебе, возми свое и иди, по евангельской притче (Мф. зач. 80). Потому все наши дела не столько от нас зависят, сколько от милости Христовой. Если ты думаешь, что значишь что-нибудь, то – поэтому – пред Ним ты ничто, ибо себя сам так понимаешь. Если себя самого считаешь разумным и благопотребным, то – поэтому – ты весьма неразумен. Если самого себя признаешь чистым, и праведным, и святым, то ты – поэтому – пред Господом вменяешься окаяннейшим и грешнейшим больше всех людей, ибо сам себя признаешь таким. Не чист пред Господом всяк высокосердый, говорит Соломон (Притч. 16).

Поэтому будь смирен, разумей свою немощь, помни, что все Божие, а не наше – все от Бога, а не от тебя. Всяко даяние благо и всяк дар совершен свыше есть, сходяй от Отца светов, говорит апостол (Иак. зач. 50). Помни, что все в милости Христовой, а не в твоей силе и власти. Помни, что ты – волей-неволей – наклонен к греху. Знай, что без помощи Божией ты готов на все злое. Все твои труды без помощи Божией и Его благодати суть паутинная сеть. Не будь горд и самомнителен – да не уподобишься бесу: бес отпал от Бога тем, что все приписывал себе, а Богу, все сотворившему, ничего. Потому всего лишился – лишился благодати Божией и сделал себя сосудом вечного томления. Не думай, что ты праведен и свят, премудр и достоин всякой чести; не думай, что ты лучше и благопотребнее иных, но считай себя грешнее и безумнее всех – рабом непотребным. Без смирения пред Богом ты ничто. От преуспеяния в смирении зависит преуспеяние в добродетели и во всяком деле.

Не высокомудрствуй о себе и не думай, что ты один превзошел всех своим разумом и премудростью и что все один сам можешь обнять, но обрати внимание на то, что мир велик и все концы земли, в которых находится бесчисленное множество лиц обоего сана – духовных и мирских, премудрых и разумных, достойных всякой чести и почитания, – таких лиц, которых дивно умудрила благодать Пресвятого Духа и различно удобрила, таких лиц, которым ты не последовал, которых ты не знаешь и не можешь постигнуть своим разумом; какое несметное множество – тьмы тем – находятся во всем превосходящих тебя. Бегающий думает, что он один бежит скорее других, но, когда соединится с другими, тогда познает свою немощь.

Глава Шестая

О том, чтобы не осуждать никого другого,

но видеть свое зло

 

                 Не судите, да не судимы будете, сказал Господь, имже бо судом судите, судят вам, и в нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. зач. 20). Никак не суди и не восхищай дела (сана) Господня, ибо Один есть Судия – Бог, имеющий судить живых и мертвых. А ты, человек земной, смотри за собою, себе внимай: и ты имеешь то, за что достоин суда, ты сам ожидаешь суда за свои дела – имеешь сам у себя много зла. Как же ты осмеливаешься нападать на другого? Богу, все сотворившему, Самому предоставь судить все, а ты смиряй себя.

Не суди, если не хочешь быть осужден. Если бы ты был весьма совершен, никак не суди другого. Если же будешь осуждать, повинен будешь тому же суду, как и согрешающий. Если ты сам целомудр, но осуждаешь нецеломудренного, то ты равен творящему блуд. Если бы ты и ни в чем малом не согрешил, но ненавистно осуждаешь иного согрешающего, то и ты то же зло творишь, какое и согрешающий творит, даже и больше оного ты грешен, ибо восхищаешь не свое дело – суд Божий.

Не смотри на чужие грехи, но рассматривай свое зло, ибо не о чужих грехах будешь испытан, а о себе воздашь слово – за свои грехи будешь отвечать. Нет тебе никакой надобности испытывать других: как кто живет? как согрешает? Но внимай себе: угождаешь ли ты Богу? делаешь ли угодное Богу? подражаешь ли жизни святых? последуешь ли их стопам? приятно ли Богу твое дело? Человек, осуждающий других, есть злолукавое зеркало, которое всех отражает в себе, а себя не видит; или же – осуждающий других подобен сквернавой бане, которая всех обмывает, а сама собой представляет грязное болото. Так всех судящий всех рассматривает: как кто ест? как пьет? как согрешает? Все видит, но себя не видит. Он за великое считает, если кто и в малом согрешит, а сам и великие свои грехи считает за ничто. Он желает, чтобы его грехов никто не ведал, никто не знал, дабы его не презирали и молчали, а сам он явно всех оговаривает, осуждает и оклеветывает! Это – ничего!

Не осуждай и не удивляйся человеческому согрешению, но лучше подивись тому, кто возможет избежать вражеских сетей нынешнего времени, подивись тому, кто возможет сохранить себя чистым пред Богом, когда сатана ходит, яко лев рыкая, ищай кого поглотити (1 Пет. зач. 63): старается, заботится о погибели человеческой – хочет, чтобы никто не был свободен от сетей его. Итак, помни и ты свои согрешения, потому что, если и не хочешь, много согрешаешь и, что ненавидишь, то любезно творишь: волей-неволей ты в плену у греха, волей-неволей впадаешь в преступление.

И кто же свободен от греха? Кто найдется ни в чем не повинным? Кто не причастен греху – аще и един день будет живота его? В беззакониях мы зачаты, и во грехах родила нас мать наша (Пс. 50). Если не в том, то в другом, если не в великом, то в малом, но все согрешаем, все преступники, все грешны, все немощны, все наклонны ко всякому греху, все требуем милости Божией, все требуем человеколюбия Его: не оправдится пред Господом всяк живый, говорит пророк (Пс. 142).

Потому не осуждай согрешающего, не восхищай суда Божия, не будь противником Христу в том, что Он предоставил Себе Самому. Если и своими очами увидишь явно согрешающего, не поноси его, не произноси на него суда по гордости твоей, дабы и самому тебе не подвергнуться тому же, ибо осуждающий в чем-либо другого непременно сам подвергнется тому же. Но милостиво покрой согрешение его и к преступлению его отнесись человеколюбиво. Если можешь, исправь его; если же не можешь, то, осуждая себя, о нем промолчи. Довольно для тебя своего зла, не наблюдай грехов другого.

Почто зриши сучец в оце брата твоего, в своем же бервна не чуеши? – сказал Господь. (Мф. зач. 20.) Видишь чужие грехи, а на свои не обращаешь внимания. Не осуждай никого – да не будешь и сам осужден, как фарисей. Не говори так, как говорил слепотствовавший фарисей: Боже, благодарю Тя, яко несмь, якоже прочий человецы: хищницы, неправедницы, прелюбодеи, или яко сей мытарь (Лк. зач. 89). Поэтому осужденный им оправдан, а он, гордо судивший его, осужден. Не думай, что все грешны и один только ты праведен, все злы, а ты один добр. Не суди других, а себя; не укоряй других, но себя считай злейшим всех, ибо никого так не знаем, как себя, ничьих согрешений не можешь так ведать, как свои недостатки.

Если и самого злого увидишь, не осуждай и не говори, что согрешающий достоин муки, но все недоведомое человеку предоставляй Богу. Он это знает как все сотворивший; Он все устроит как знает, ибо Он Бог всесильный. Помни ангела, принесшего к старцу душу и вопрошавшего: где он прикажет поместить ее, ибо мысленно осудил ее, как об этом говорится в «отечнике».

Не ревнуй, и не завидуй согрешающему, и не утешайся ничьим согрешением, но, напротив, будь милостив и жалостлив к согрешающему. Если можешь, помоги ему восстать от греха – подай ему руку помощи; если же не можешь, хотя бы помолись о нем. Ибо согрешающий не великое что получил и преступник не преславное что приобрел – не приобретение какое сделал, но лишение, не утешение и радость, но скорбь и печаль. Вкусившему греха непременно нужно вкусить и горести. Если не здесь, то там – иначе быть не может.

Не радуйся падению ближнего, а, напротив, плачь и рыдай, считая его падение как бы своим, потому что нам заповедано – любить ближнего, как себя. Если падет враг твой, не обрадуйся о нем, ниже о соблазнении его возносися, говорит Соломон (Причт. 24). Не утешайся согрешением другого – да не порадуются бесы и люди о твоем, ибо не велика радость о согрешении, но – напротив – печаль и боязнь за себя. Одни только бесы радуются о погибели грешных, ибо и сами совершенно погибли. Человек же должен радоваться о спасении человеческом – да и сам получит спасение и обрящет милость у Бога ныне и в день суда, аминь.

Глава Седьмая

О том, чтобы хранить себя от смеха,

празднословия и кощунства

Берегись смеха, празднословия и кощунства, дабы собранное с плачем не расточить. Бесчинный смех расточает собранное в душе добро, удаляет от благодати Господней, убивает память смертную, производит забвение страшного суда. Смех – детское свойство, знак сластолюбивого сердца, души слабой и немужественной: смех во всяком случае непотребен.

Берегись смеха, чтобы он не послужил в ущерб плачу, который учит тебя добру, чтобы не опустела душа твоя от всякой добродетели, чтобы не объяло тебя пагубное презорство, чтобы не впасть тебе в сети диавола. Плачь несравненно лучше смеха, ибо Христос не ублажает смеющихся, но плачущих: блажени, говорит, не смеющиеся, но плачущи, яко тии утешатся (Мф. зач. 10). И еще: горе смеющимся, яко тии восплачутся. Производители смеха в будущем веке постыдятся и – во время веселия восплачутся и возрыдают.

Что ты, человече, имеешь в мире сем достойного смеха, радости и веселия? Что имеешь, чем бы мог известно утешаться? Жизнь твоя полна скорби, печали и воздыхания, а ты проводишь время свое в смехах и кощунствах! Жизнь твоя полна плача и рыдания, а ты веселишься и благоденствуешь! Это – дело твоего неразумия: не знаешь, чем имеешь утешаться. Не знаешь, что тебе послужит на пользу и что достойно приобретения на вечное спасение. Не этим утешайся, но Господом, в Котором твое вечное утешение.

Берегись смеха, празднословия и кощунств – да не лишишься благодати Божией и да не соделаешь душу твою пустою, ибо смех и кощунства отгоняют благодать Господню, охлаждают сердце, отягчают душу, помрачают совесть, опечаливают ангелов, веселят бесов – причину всякой дерзости, производителей греха, руководителей блуда и предводителей всякой нечистоты.

Кроме нужды, никогда не желай что-либо сказать или возвестить. Ибо от этого обыкновенно рождается много зла. Страсть лишнее говорить больше всех страстей незаметно и удобно вредить. Часто, начав с Божественных слов, переходим к сквернословию, клятвам и всему злому. Итак, берегись – быть себе наветником и врагом: смерть бо и живот в руце языка есть, говорит Соломон: удерживающий его снедят плоды его (Притч. 18).

Молчание есть начало очищения души и без труда научает желающего всем заповедям. Ап. Иаков говорит: язык есть неудержимо зло, исполн яда смертоносна. Тем благословляем Бога и Отца, и тем кленем человеки. Аще кто в слове не согрешает, сей совершен муж, силен обуздати все тело. Разговоры требуют большого спасения: в каком духе и направлении имеешь говорить, в какое время, и что именно, и с какою целью… Любящий говорить все это должен помнить, а молчаливый все это уже совершил и исполнил.

Берегись суесловия, смеха и кощунства, даже до малого праздного слова, ибо в день суда дашь ответ и о самом праздном слове, как сказал Господь (Мф. зач. 47). Потому-то и Давид, молясь о сем Богу, говорил: положи, Господи, хранение устом, и дверь ограждения о устнах моих. Не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех (Пс. 140). И еще: рех, сохраню пути моя, еже не согрешати ми языком моим. Положих устом моим хранило, внегда востати грешному предо мною, онемех и смирихся и умолчах (Пс. 38).

На каком основании будешь утешаться смехом и кощунствами, которые тебе не полезны? Не пережил еще ты всех бед мира сего и полагаешь уже утешение свое в смехе и кощунствах! Не освободился еще от плача, а утешаешься уже смехом и празднословием! В мире сем ничего не имеешь достойного радости – и предаешься смеху?! Не понимаю твоих мыслей: неужели ты не знаешь, что в мире сем все достойно плача, а не смеха, достойно рыдания, а не радования? Ибо ты находишься во юдоли плачевной, а не в стране утешения, в изгнании, а не в отечестве и потому должен скорбеть, а не веселиться, плакать и рыдать, а не смеяться и кощунствовать.

Потерявший и малую вещь смущается и весьма скорбит, а ты, потеряв свое вечное отечество, смеешься и веселишься, нисколько не скорбишь об этом и не ищешь его?! Будучи в изгнании сем, прохлаждаешься, как в вечном отечестве?! Где тебе нужно плакать и рыдать, там ты смеешься и веселишься?! Где тебе нужно заботиться и стараться об освобождении от рабства твоего, там ты предаешься беспечности и почиваешь?! Плененный в чужую страну, из одной земли в другую, и будучи во временном порабощении скорбит и весьма смущается, а ты, изгнанный из рая в мир сей, вместо жизни обреченный на смерть, лишенный свободы и обращенный в рабство, находясь в постоянной работе, в далекой стране, в плачевном положении, ничего этого не чувствуешь: не скорбишь о своем мирном, любимом, свободном, вечном отечестве, не чувствуешь и не заботишься о искуплении и освобождении своем?! Это верный знак твоего неразумия и слепоты.

Итак, блюди себя от смеха – да не постигнет тебя вечный плач. Берегись празднословия и кощунств, чтобы потом не раскаяться горько, когда по исходе души твоей увидишь нищету ее, когда ничем не возможешь помочь себе. О, если бы ты познал! О, если бы увидел, что будет после сего! Никогда бы не захотел быть беспечным, никогда бы не губил своего времени в смехе и кощунствах. Смеялись некоторые некогда, а теперь плачут; радовались, а теперь рыдают и никогда не перестанут рыдать… Особенно берегись смеха по насыщении пищею и питием, ибо тогда он обыкновенно с силою нападает. Если же и случится тебе когда-нибудь погрешить в этом, никогда не оставляй сего прегрешения без великого раскаяния.

Глава Восьмая

О том, что во юдоли сей плачевной

всегда нужно каяться и плакать о грехах своих

Кайся, человече, в своих согрешениях всякий день и плачь о них день и ночь. Кайся, не опуская без внимания и малейшего согрешения, ибо если не будешь обращать внимания на малые грехи, то вознерадишь потом и о великих. Кайся в самых малейших и, по-видимому, ничтожных согрешениях, ибо если разоришь только одну малую заповедь, то трудно будет тебе удерживаться от разорения других – великих, как некто сказал об этом: «Не говори: это ничего, и то ничего; но берегись даже праздного слова, даже самого тонкого помысла дурного, ибо и о слове праздном имеешь дать ответ, в день судный, как сказал Сам Господь. Кайся всякий день и во всякое время, потому что, непрестанно согрешаешь пред Богом, – всякий день тьмами тем беззаконнуешь пред Ним. Во всю жизнь свою кайся, плачь и рыдай. Ибо ничего в веке сем не найдешь достойного радости и веселия, -ничего не найдешь достойного благомыслия и благоденствия, кроме плача и рыдания: самое твое рождение в мире плачевно, и жизнь твоя проходит в воздыханиях, а конец твоей жизни – смерь, скорбь и горесть души».

Мир сей с его обычаями есть не что иное, как юдоль греховная и дебрь плачевная. Нет в нем ничего хорошего, ничего достохвального, ничего радостного – везде царствует грех и преступление, скорбь и печаль, плачь и воздыхание: всяка глава в болезни и всякое сердце в печали, – от ног даже до главы несть в нас целости, несть пластыря, ни приложения, ниже елея, говорит пророк (Ис. 1). Потому «лей ручьем слезы день и ночь, не дай себе покоя, не спускай зениц очей твоих», говорит пророк (Иер. 2,18).

Итак, плачь, даже рыдай, ибо, кроме плача, ничего в мире не имеешь известнейшее, ничего, кроме рыдания, не найдешь более благопотребного. Не достойна ли плача жизнь твоя? Не достойно ли рыдания твое пребывание в мире? Ибо всякий день ты беззаконнуешь: везде сети, везде тенета – и кто из нас не причастен греху? Кто не повинен? Кто чист пред Богом, если и один день будет жизни его? Не все ли мы очернились? Как пекло сделались – подобны агарянам? Не исполнены ли мы всякой скверны и лукавства? Грехов множество, плоть немощна, страсти бесчисленны, ратоборцы сильны, смерть безвестна, пред очами – гроб, по смерти – суд, по суду – неизвестная участь!

Все святые во всю жизнь свою плакали и рыдали: быша им слезы – хлеб день и ночь, и питие свое плачем растворяху, как говорит пророк (Пс. 41, 101). Плакали пророки, плакали апостолы, плакали святители, мученики, страдальцы, черноризцы, пустынножители, даже и Сам Христос проливал слезы, не нуждавшийся в этом, но оплакивая наше окаянство: виде бо град Иерусалим, и плакася о нем глаголя: О, аще бы разумел еси и ты в день сей твой, еже к смирению твоему, ныне же скрыся от очию твоею (Лк. зач. 97). Никто на земле не видел Господа смеющимся, но плачущим видели, потому и ты плачь и рыдай во юдоли сей.

Плачь, потому что ты родился в мир во грехах, и непрестанно – всякий день – согрешаешь пред Господом тьмами тем. Плачь потому, что имеешь многих ратоборцев и супостатов, невещественных, невидимых, неусыпающих гонителей, у которых в руках огонь – чтобы сжечь Церковь Божию, как некто выразился. Плачь, поминая смерть, ибо имеешь умереть, обратиться в тлю и пепел. Плачь, ибо имеешь проходить страшные мытарства воздушных духов и быть истязанным – до праздного слова, даже до самого тонкого худого помысла.

Кто, будучи в долгах, не воздыхает горько? Кто не плачет, сидя в темнице? Кто не рыдает, ожидая смерти? Ты же, находящийся в таких же обстоятельствах, как не будешь плакать, и даже рыдать, в этой плачевной юдоли? Ты находишься в темных и сени смертней; ты обременен различными долгами; ты отягчен бесчисленными грехами и беззакониями; ты ничего другого не ожидаешь, как только смерти, как только исхода отсюда… Как же ты можешь быть когда-либо в жизни твоей беспечным и бесстрашным? Как не будешь всегда плакать и рыдать при виде таких предстоящих тебе бед? Сего ради, да изведут очи наши слезы, и вежди наши излиют воды: зане глас плача слышан от Сиона, говорит пророк (Иер. 9).

Плачевное сие житие соделал тебе исперва Адам. Тотчас же по изгнании из рая он сел лицом на восток и не смеялся, а горько плакал – ничем иным он не упражнялся, как только рыданием. Он всегда имел в устах своих следующую плачевную песнь: «Увы мне! Увы, жизнь моя пала: чего я лишился? Какие блага потерял? Вместо рая наследовал сей тленный мир! Вместо Бога и ангелов Его получил пребывание с бесами! Вместо покоя -труд; вместо жизни – смерть; вместо радости и веселия – плачь и рыдание!».

Подобное сему рыдание изображает пророк Иеремия, когда говорит: кто даст главе моей воду и очима моима источник слез, да плачуся день и ночь людей сих? Путие, говорит, Сиона рыдаша, яко несть ходящих по ним: оскудеста очи мои слезами, смутися сердце мое, разсыпася на земли слава моя, разсыпася на земле радость сердец наших: избраннии от песней своих умолкоша, обратися в плачь лик наш. Имея пред очами такие и толикия причины, как не плакать и не рыдать в жизни сей? Куда ни обратишь очи свои, ничего не увидишь другого, кроме плача. Куда ни приклонишь уши свои, везде услышишь одно только рыдание: везде беды, везде вопли и воздыхание. Беды во граде, беды в пустыни, беды в реках, беды в мори, беды от разбойник, беды от лжебратий, говорит апостол (Кор. зач. 193). То есть везде плачь и рыдание.

Плачьте и рыдайте, яко несть отвращен гнев ярости Господни, говорит пророк (Иер. 4). Как не будешь плакать во всей жизни своей? Как не будешь рыдать, видя такие беды и неудобства, скорби и печали? Везде враги, везде наветники, везде боязнь и страх, везде трепет и недоумение. Придет же смерть, придет разлука, и страшное в воздухе истязание от злых духов, и получение неожиданной участи. Никто не знает, что там получит. Кто об этом имеет известие? Пойдет душа туда, где никогда не была; увидит там то, чего прежде никогда не видела; услышит, чего прежде никогда не слышала.

Итак, не только плачь, но и рыдай. Ничего в веке сем не считай выше плача и теплых слез. Ибо плач омывает душу, убеляет всякое потемнение, очищает совесть, просвещает ум, расторгает греховные узы, заграждает рукописание всяких беззаконий. Итак, плачь и проливай теплые слезы, чтобы омыться тебе от многих беззаконий, очиститься от всякого греха, избавиться от душевной слепоты, светлее прозреть умными очами, потопить в слезном море мысленного гонителя – фараона, угасить геенский пламень, получить вечную свободу, – сподобиться присносущной жизни о Христе Иисусе – Господе нашем, Которому слава, честь и держава со Отцом и Святым Его Духом да будет во веки веков.

Глава Девятая

О том, чтобы всегда памятовать о смерти

и не прельщаться тленными вещами мира сего

Всегда помни, человече, о смерти и изменении всех вещей – и никогда безумно не привяжешься к настоящему: помни последняя твоя, и во веки не согрешиши, говорит Сирах. Помни, что по смерти настанет иной век, иное пребывание, и будь готов. Готовый на смерть усердно будешь поспешать с добродетельным исправлением.

Помни страшное и трепетное предстание судищу Христову, где царь и князь, воин и гражданин, богатый и убогий – все равно и беспристрастно будут истязаны, все будут в страхе и трепете, все дадут ответ даже за праздное слово, даже за самый малый дурной помысл. Всяко помышление человеческо исповестся тебе, говорит пророк. Ничего там не оставят без истязания и наказания. Ничто скверное и нечистое не войдет в царство небесное, говорит Господь (Апок. 21).

Прежде видимой смерти умирай невидимо для греха: умерщвляй плотские похоти разумом – да оживешь духом для Господа; отрывай сердце твое от земного пристрастия – да будешь вместилищем для Духа Святого, дабы быть тебе уверенным в своем спасении и во время исхода сказать с дерзновением: готово сердце мое, – воспою и пою во славе моей (Пс. 56). Будучи рожден от тления и греха, ты иначе не освободишься от тления и греха и не перейдешь к вечной жизни, как только смертью и разлучением.

Итак, прежде всеобщего воскресения старайся – безгрешием и бесстрастием – воскресить душу свою, умершую грехом и страстями, чтобы быть всегда живым для Господа. Так воскресши духом, ты уже не убоишься временной смерти плотию, а – напротив – сам возжелаешь ее, чтобы всегда быть с Господом; во время же всеобщего восстания из мертвых как светозарный луч просияешь – силою внутри тебя сущей благодати и отвне принятием нетленной плоти.

Не увлекайся плотскою похотию и временной красотою. Помни, что все это – прах и пепел. Помни, что всякая плотская похоть рождает тяготу, всякая плотская сласть приносит горесть. Помни, что все мы умираем, все как цвет увядаем и как тень проходим: ни царь, ни князь, ни богатый, ни убогий, ни воин, ни гражданин – никто не получит пощады, но равно все будем пожаты серпом смерти.

Не думай, что смерть далеко, что еще не скоро и не сейчас умрешь, но помышляй, что она уже близь тебя: секира смертная лежит при корне жизни твоей, судилище – при дверях, гроб – пред очами, земля готова, в которую ты пойдешь. Не думай, что иные только умирают, а ты не умрешь. Кто поживет, и не узрит смерти? говорит пророк (Пс. 88). Умерли пророки, умерли патриархи, апостолы, святители, умерли мученики, преподобные – умерли все святые. Умерли великие князья, вельможи, цари – и все жившие от века умерли… Ты ли один только так и останешься – не умрешь? Не будь безумен и слеп: что видишь на других, то непременно будет и с тобою.

Каждый день, каждый час будь готов к смерти, всегда имей смерть в памяти своей, никогда не будь беспечен: в оньже бо час не мните, Сын человеческий приидет, сказал Господь (Мф. зач. 103). Смерть подобно татю (вор и хищник). Когда не ожидаешь, тогда особенно и подойдет к тебе: ибо тогда особенно она обыкновенно подкрадывается. Как желавшему создать большую житницу сказано: безумие, в нощь сию истяжут душу твою от тебе, а яже уготовал еси, кому будут (Лк. зач. 66), так и всякий собирали себе, а не в Бога богатеяй может услышать то же самое.

Смерть для добрых не есть зло, но освобождение от страстей и беспрепятственное соединение с духом и сожитие с Господом. Жить во плоти и терпеть борение страстей весьма тяжело для души. Ты не бойся смерти, только будь готов к ней в безгрешны. Если готов будешь к смерти, то не убоишься смерти. Если возлюбишь Господа всем сердцем, то сам возжелаешь ее. Не бойся ты смерти плотию; только всячески береги себя от греха и отлучения от Бога. Не нахожу другой большей муки, как страстное греховное связание и от Бога отчуждение; не нахожу и иного лучшего царства небесного, как освобождение от страстей и соединение с Господом – любовию. Не боялся сей смерти тот, кто говорил: изведи из темницы плоти и страстей душу мою – исповедатися имени Твоему (Пс. 141). Ибо плоть и насилование страстей есть немалые мрак и тьма. Что есть смерть? Совершенное от Бога отчуждение. А что есть жизнь? Совершенное к Богу присоединение.

Где ныне славные? Где богатые? Где наслаждавшиеся пищею и питием? Где украшавшие лица свои красотою и благолепием? Где исполнявшие свои похоти и желания? Не все ли они скончались смертию? Не всех ли покрыла земля? И память их с шумом исчезла. В мире нет ничего достойного любви, кроме Бога. Если возлюбишь славу? Она исчезает. Если возлюбишь богатство? Оно погибает. Если возлюбишь сласти и плотскую красоту? Они обращаются в смрад и гной. Ничто из этого не поможет нам по смерти: каждый из нас только от дел своих или прославится, или посрамится – осудится.

Смотри, что везде суета, везде пустота. Нигде в мире нет прочного наслаждения и покоя, кроме Самого Господа Бога. Ибо мир сей превратен и удобоизменяем: радость его растворяется скорбию, веселие – печалию; слава его изменчива, богатство непрочно, красота обращается в прах и пепел, плотское наслаждение – в смрад и гной, а потом все это пресекается и оканчивается внезапною смертию. Ничто не надежно, ничто не вечно, только Один Господь Бог и Его пресвятая благодать.

Глава Десятая

О том, что ни в одной вещи мира сего нет покоя,

в Одном только Господе Боге – вечный покой

                    Не ищи покоя и утешения в мире сем временном, ибо никогда не найдешь их. Если и все искусство употребишь, не насладишься тишиною и прочным утешением в веке сем, потому что тленное и временное устроение его не может дать душе мира и покоя, если Сам Господь – благодатию Своею – не упокоит и не дарует ей мира, как Сам Он сказал: мир Мой даю вам; мир Мой оставляю вам (Ин. зач. 48). Во Мне мир имейте и покой, а не в чем-нибудь другом.

Подумай, где и в чем найдешь мир и покой? Где получишь тишину и прочное утешение? В славе ли мира сего? В богатстве ли временном? В пище ли и питие? В сластях ли и похотях плотских? Во сне ли и лености? В красоте ли и любви плотской? Или в другом чем-либо? Но от всего этого нигде нет никакого мира и покоя, а одно только непрестанное томление и смущение души.

Но размысли внимательнее: есть ли покой и тишина в славе и почитании мира сего? Воистину здесь нет тишины и покоя, ибо слава мира сего скоро изменяется и часто бывает смешана с бесчестием и клеветою: ныне люди много почитают, а на утро бесчестят, ныне хорошее говорят, а завтра худое; одни славят и почитают, а другие порочат и поносят; ныне некто был славим и почитаем, а назавтра неожиданно подвергся бесчестию. Слава мира сего никогда не пребывает во всех отношениях равною, не стоит в одном и том же виде, но всегда и непрестанно изменяется, как луна.

Нет ли покоя и тишины в богатстве и имении? Нет, ибо богатство скоро исчезает и погибает: оно обыкновенно сопровождается великим попечением и беспокойством и никогда не дает человеку мира и покоя. Чем больше богатства, тем больше забот и тревоги. Если бы кто собрал богатство и всего мира, никак не избавился бы от забот и вожделений: не удовлетворился бы этим, но желал бы большего. Такой сам себе не доверяет, всегда находится в опасении и страхе, как бы от чего-либо не оскудеть. Он всегда мучится от зависти других, от нерасположения к себе всех – и никогда душа его, ни днем, ни ночью, не бывает покойна.

Нет ли покоя в пище, питие и плотских сластях? И здесь нет никакого покоя. Какой покой объевшемуся? Одно пучение живота, отягчение желудка (сирища), иногда изрыгание, хрехотание в горле, расседание чрева: чем усладился, тем же и огорчился. Так же и у упившегося – головная боль, трясение рук, помрачение разума, изменение взора, окаменение в молитве, лишение Господней благодати, а потом скорбь, и лютая печаль, и болезнь; да и самое-то заготовление и употребление пищи и пития обыкновенно бывают сопряжены с великою молвою и попечением.

Нет ли тишины и покоя во сне и лености? И тут нет желаемого покоя и тишины, но – расслабление, бесчувствие, уныние, тьма, помрачение, тяжесть, безнадежность, пустота: уснуша, сказано, сном своим, и ничтоже обретоша (Пс. 75, 6). Да и самое-то долгое, плотское опочивание приносит тяжесть, нездоровье и расслабление. И вообще, нет в сне вожделенного покоя, но мрачные ночные мечтания – мечтания ложные, прелестные, бесовские, и больше ничего.

Есть ли покой в плотской любви – в сладострастном, бессловесном похотении? Нет и в этом покоя. Ибо плотская любовь не есть истинная любовь, но ложная, лицемерная, прельстительная, недоуменная, неверная, продолжающаяся до тех только пор, пока в ней все совершается по желанию и страсти. Насколько больше кого плотски возлюбишь, настолько больше тому бессловесно поработишься, настолько больше любимый лукавит, хитрит, растлевается, развращается, держит себя пред глазами так, а за глазами иначе – гордится, самолюбствует. Итак, в плотской любви никогда не найдешь истинной тишины и совершенного покоя, а найдешь одну только суетность и смущение, безумное себя связание, и прельщение, и от Бога отчуждение.

Итак, всуе мятется всяк человек, всуе мятется всяк земнородный, убо образом ходит человек, обаче всуе мятется, говорит пророк (Пс. 38). Воистину напрасно волнуется всякий живой человек, ища себе покоя в земных и тленных вещах, ибо никогда не найдет его. Потому-то Господь, милуя и щадя Свое создание, предоставил нам лучшее -намеренно сократил сию жизнь нашу, дабы мы напрасно не трудились много и не заботились бессмысленно о вещах мимотекущих, как и Сам Господь сказал многопопечительной Марфе: Марфо Марфо, печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу: Март же немногопопечительная благую часть избра, яже не отнимется от нея вовеки (Лк. зач. 54). Этими словами Господь показывает, что напрасно человек суетится – сокровиществует, ибо невесть кому собирает. Итак, в мире сем нет истинного покоя и тишины ни в какой вещи, а есть только одно непрестанное смятение и великое томление души.

Мир, тишина и вечный покой в одном только Боге и в благодати Пресвятого Духа. Там – радость, там – веселие, там – беспечалие, бессмертие, безбоязненность. Там мир невозмутимый, покой всегдашний, радость нескончаемая, вечное наслаждение, всегда услаждающее человека. Только возлюби истинно всем сердцем Господа, и – вкусивши -опытно познаешь, яко благ Господь, тогда сам сильно пожелаешь разлучения с телом и всегдашнего пребывания с Господом. Ибо Он щедр и милостив, благоутробный Отец щедрот и Бог всякой утехи. Он есть вечный покой. Один только Он Сам упокоит и утешит душу нашу и скажет ей: «Прииди, вся добрая ближняя Моя, и порока несть в тебе. Гряди от Ливана невесто, гряди от Ливана. Усердны нас сотвори, сестро наша – Невесто», как говорит Соломон (Песн. 4) – и таким образом соделает ее наследницею всех благ Своих.

Потому Единого Бога возлюби всем сердцем – да обрящешь вечный покой и тихое пристанище душе своей и сподобишься присносущного наслаждения. Ибо любовь Божия присносущна (вечна), желание Его неисповедимо и утешение Его нескончаемо – всегда веселящее человеческую душу. Любовь Божия ненасытна и превосходит тьмами тем всякую любовь плотскую, всякое желание земное. Желание Божие безгранично и всю душу соделывает светлою, зрящею, просвещенною, радостною, веселою, бесстрастною, беспечальною, неленостною, неусыпною, несокрушимою, нескучающею, неалчущею, нежаждущею, но всегда всех благ преисполняемою и насыщаемою. Устроив так души всем сердцем возлюбивших Его, Господь отрет всякую слезу с очей их и отымет от них всякое воздыхание. О, Божественная любовь! О, Божественное желание! О, Божественная сладость и утешение! Блажен, кто сие примет о Христе Иисусе – Господе нашем!

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s