16.3. Мф. гл. 7

   

Толкование на Евангелие от Матфея. 

Глава 7-я. 

Нагорная беседа

(окончание)

о неосуждении ближних (1—5), об охранении святыни (6),

о постоянстве в молитве (7—12), о широком и тесном пути (13—14),

 о лжепророках (15—23), об истинной и ложной мудрости (24—27).

Заключение (28—29)

 

1.   Не судите, да не судимы будете.

Не судите. Запрещается не простое суждение или благонамеренная и добросовестная оценка действий других людей, которая во всяком случае необходима в жизни, и особенно общественной, но осуждение обра­за действий ближнего, и притом осуждение не закон­ным судом, который необходим во всяком обществе, а осуждение личное, в частных сношениях и отношени­ях, частные, личные, так сказать, пересуды, когда осуждение происходит по большей части из каких- либо самолюбивых и нечистых побуждений, из тще­славия, гордости и т. п. Суждения о качестве того или другого поступка ближних, даже вызванное таковым суждением действие, дозволительно, если оно основы­вается на истинном понимании дела и на благочести­вой ревности о славе Божией. Сам Христос и Апосто­лы и все истинные их последователи всегда судили и осуждали действия, противные вере и благочестию, и принимали против всего, по их суждению, злого изве­стные меры. Не о таком суждении говорит Господь, но об осуждении неправедном, самолюбивом, эгоистиче­ском, выражаемом притом без необходимости, по лич­ным корыстным побуждениям, и особенно людьми, которые сами порочнее, чем те, которых они судят строго (ср.: Златоуст и Феофил). Вероятно, Господь имел в виду фарисеев, которые, гордясь своей мнимой праведностью и чистотою во внешнем поведении, строго судили о действиях других людей, не зная ни их обстоятельств, ни их побуждений (например: Лк. 18, 10—14), а себя не старались исправлять. «Господь сказал сие не для того, чтобы мы поступали в чем или делали что без суда, но имея в виду фарисеев и книж­ников, которые судили друг друга, но не исправляли сами себя» (Афанасий Великий).

 2.  Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить.

Каким судом и прочее. Это была обычная поговор­ка у иудеев, которой и воспользовался Господь для выражения Своего учения. Разумеется как суд люд­ской, так и в особенности Суд Божий. И люди судят о нас, смотря по тому, как мы судим о других; Бог же, видящий и тайные побуждения нашего суждения о других, осудит нас по правде. Осуждая другого, «ты не его осуждаешь, но себя самого и себя самого под­вергаешь Страшному Суду и строгому истязанию. Ибо как отпущение грехов от нас первоначально за­висит, так и в этом суде мы же полагаем известную меру нашего осуждения» (Златоуст).

 3.   И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь?

Сучок в глазе брата. Речь иносказательная; спица, или κάρφοςнебольшая острая часть какого-либо де­рева, растения, ость колоса или травы, это — символ какого-либо незначительного нравственного недостат­ка в образе действий или поведении ближнего.

Бревно. Это образ больших нравственных недо­статков в собственном нашем поведении. Смысл из­речения тот, что мы более склонны примечать незна­чительные недостатки в ближних, чем сознавать бо­льшие недостатки собственные.

4-5.  Или как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучок из глаза твоего», а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда уви­дишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего.

Продолжается та же иносказательная речь с ука­занием нравственной несправедливости — укорять ближнего за незначительные погрешности, тогда как в нас самих больше погрешностей. «Впрочем, Господь показывает, что великий грешник и не мо­жет хорошо видеть грех брата своего: ибо как он, имея бревно в глазе, увидит другого, легко уязвлен­ного»? (Феофилакт). Итак, нужно прежде вынуть из своего глаза бревно, тогда мы увидим, как вынуть сучок из глаза брата, то есть когда мы сумеем и сможем искоренить в себе большие пороки, тогда сумеем и сможем исправить незначительные недо­статки в ближнем нашем. Только собственным нравственным самоисправлением нам дается воз­можность и способность с успехом исправлять и ближних наших. Когда удалим от внутреннего на­шего зрения — ума и совести — предмет, омрачаю­щий это зрение, тогда яснее откроются ему вне­шние предметы и внутреннее состояние других и оно сделается более способным видеть и малые предметы, и малые недостатки в ближнем, а равно и средства с успехом исправлять их. Тогда и сужде­ние наше о поступках других будет правильнее, или точнее: мы не будем осуждать их из самолюбия, из тщеславия, из лицемерия. «Итак видишь, что Спа­ситель не запрещает судить, но прежде велит изъять бревно из собственного глаза и тогда уже исправ­лять согрешения других. Если не радишь о самом себе, то очевидно, что и брата своего судишь не из доброжелательства к нему, но из ненависти и жела­ния опозорить его» (Златоуст).

6.  Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его нога­ми своими и, обратившись, не растерзали вас.

Не давайте святыни псам и прочее. Опять речь иносказательная. Святыни псам: образ заимствован от того, как если бы кто святое, то есть священное, при­несенное Богу в жертву, вздумал бросать псам. Святы­ня или святое означает здесь все, относящееся к вере христианской, всю евангельскую истину: заповеди, правила, учение, а равно и все предметы священные.

Жемчуг. Драгоценный предмет украшения, служит образом высоких предметов духовных (13, 45; Откр. 17, 4; 18, 12—16) и означает здесь также высокие пред­меты веры христианской или истины евангельские (Афанасий Великий разумеет, в частности, Пречистые Таины Тела и Крови Христовой). Псы и свиньи — эти нечистые животные означают нравственно извращен­ных и неспособных к принятию евангельской истины людей, которым священное и духовное чуждо и даже противно, цены которого они не могут понять (ср.: 2 Пет. 2, 22; Лев. 22, 15; Притч. И, 22).

Попрали его ногами. Как свиньи, не зная высокой цены драгоценного жемчуга, попирали бы его нога­ми, если бы нашли, так и извращенные нравственно люди, не понимая высочайшей цены евангельских истин, смешивают их с предметами нечистыми, из­вращают их, а часто и глумятся.

«И во многих других местах Он развращение жиз­ни поставляет причиною того, что не приемлется со­вершеннейшее учение. Почему и повелевает не отво­рять им дверей, ибо, узнав, они становятся дерзно­веннее» (Златоуст).

Обратившись, не растерзали вас. Дикие псы, алч­ность которых раздражена, но не удовлетворена, и прожорливые свиньи, которые вместо пищи получи­ли бы то, чего съесть не могут, раздраженные, могут броситься на того, кто раздражил, но не удовлетво­рил их алчность, и растерзать его. Так и развратные люди, неспособные понять и принять истину еван­гельскую, поправ ее, могут обратиться яростно на самых проповедников истины и причинить им раз­ные бедствия, даже смерть. Смысл речи, разоблачент ной от иносказания, таков: не предлагайте евангель­ских истин и всего святого людям, нравственно из­вращенным, нечестивым и злым, чтобы они, не по­няв святого и драгоценнейшего, не осквернили его, не смешали с мудрованиями человеческими, не из­вратили, не насмеялись над ним и чтобы вам самим избегнуть напрасной погибели от них. Как часто при своей проповеди Апостолы имели случай убе­диться в этом, когда должны были терпеть различ­ные бедствия от злых, неразумных и безнравствен­ных людей! Равным образом «Господь запретил здесь то бесчестие, какое святым словам Господним мы наносим преступлением оных. Следствием сего пре­ступления бывает, что находящиеся вне веры также почитают Господни наставления удобопренебрегае-мыми, и потому же самому с большей смелостью восстают и на нас, и преступающего как бы терзают своими укоризнами и обличениями» (Василий Вели­кий. 5, 334).

7—8.   Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят.

Просите и прочее. Указывается способ благоуспеш­ной молитвы: просить, искать, стучать, то есть быть постоянным, терпеливым и усердным в молитве; тог­да она будет благоуспешной. Последнее выражение заимствовано от обычая стучать в дверь, чтобы полу­чить позволение войти (Лк. 13, 25; Откр. 3, 20).

Всякий просящий получает и прочее. Разумеется, что исполнение наших прошений обещается под условием, если мы будем просить или искать с пол­ной и чистой верой в Подателя всех благ Бога, со смирением, искренностью и постоянством, просить того, что сообразно с волею о нас Божией, в полной уверенности, что Он дарует нам то, что для нас луч­ше, что служит к нашему благу. Он знает, что нам нужно, прежде прошения нашего, но молитва к Нему нужна как свидетельство нашей веры в Него и люб­ви к Нему. Он всегда готов удовлетворить наши ис­тинные нужды и потребности, простить нам грехи наши, поддержать нас в искушениях, спасти наши души, если молимся к Нему с верой и надеждой.

9-10.  Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему ка­мень? и когда попросит рыбы, подал бы ему змею?

Но Господь не всегда дарует то, что человек испра­шивает у Него иногда с верой и искренностью. Это значит, что мы не того просим, что согласно с волей Божией о нас. Господь не все дарует нам, чего мы просим, а только то, что для нас нужно, что нам луч­ше, ибо Господь бесконечно благ и милостив, дарует человеку только благое и никогда не дает худшего, если просят лучшего, истинно полезного. Эту истину Спаситель раскрывает и объясняет на примере отца, удовлетворяющего просьбу сына. Отец не дает сыну вредного, когда он просит необходимого или полез­ного, не дает, например, ему камень, когда он просит хлеба, или змею вместо рыбы. (Камень и хлеб, змея и рыба полагаются одно вместо другого по внешнему сходству и внутренней противоположности в отноше­нии к питанию человека.) И Бог на прошение чело­века не подает ему ничего вредного, хотя бы это вредное имело внешнее сходство с полезным, а пода­ет одно только полезное; если же не подает того, чего мы просим, значит, это не полезно для нас (ср.: Златоуст и Феофилакт).

11.  Итак если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него.

Будучи злы. «Сие Христос сказал не в упрек чело­веческому естеству или в осуждение человеческого рода; нет, но здесь Он называет отеческую любовь злобою для различия от своей благости» (Златоуст; ср.: Феофилакт). Если же столь несовершенные в любви люди своим детям не дают вредного вместо полезного, то как можно даже подумать, что Отец Небесный Всеблагой дает людям вредное вместо про­симого ими полезного? Итак, прося у Него чего-либо с верой, надеждой и постоянством, должно в отноше­нии к исполнению прошения совершенно предаться Его всеблагой воле о нас и промышлению, без кото­рого и волос с головы нашей не погибнет (10, 30).

12.  Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступа­ли люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки.

Во всем, как хотите и прочее. Это правило назы­вают «золотым правилом» Спасителя в силу его пре­восходства. Все, чего мы ожидаем от других для нас, сделаем ли мы для них, поставив себя в их обстоя­тельства, а их в наши? И делаем ли то же для дру­гих, если можем в наших обстоятельствах, что хоте­ли бы получить от других? Если делаем, то мы бес­пристрастны, справедливы; если поставим себя на место другого и спросим себя: дали ли бы этому другому, чего сами желаем получить от него, и если совесть говорит, что дали бы, — то, значит, мы дей­ствовали бы по любви к ближнему, не по самолю­бию. При исполнении христианами этого правила уничтожилось бы между нами множество пороков и злоупотреблений, так как в этом случае не было бы ничего незаконного, несправедливого, насильствен­ного. «Здесь показывает (Спаситель) нам кратчай­ший путь к добродетели: поскольку мы, как люди, по себе знаем, что должны делать другим» (Феофи­лакт).

В этом закон и пророки. В этом сущность всего Ветхого Завета, это составляет главное нравственное содержание Ветхого Завета. В Ветхом Завете это не выражено прямо в таких или подобных словах, но это — сущность того, чего требовали от человека За­кон и пророки в нравственном отношении. Любовь и справедливость — вот сущность этого правила; лю­бовь и справедливость — сущность и всего Ветхого Завета. «В этом случае и Закон Божий, и пророки говорят то же, что повелевает нам и закон естествен­ный» (Феофилакт).

13-14.  Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и мно­гие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ве­дущие в жизнь, и немногие находят их.

Входите тесными вратами и прочее. Речь иносказа­тельная. Образ взят, можно думать, от способа устро­йства древних городов, окруженных стенами с разны­ми воротами. Одни из таковых ворот вели на главные многолюдные улицы города, были широки и в них постоянно была толпа проходящих; другие вели в улицы более уединенные, были узки и в них не мно­го было проходящих. Господь представляет это обра­зом двух врат и путей (улиц), из которых одни ведут в погибель — это широкие врата и путь, а другие, уз­кие — в жизнь.

Погибель. Вечная смерть как состояние наказания осужденных на Суде Христовом (Флп. 1, 28; Евр. 10, 39; 2 Пет. 3, 7).

Жизнь. Вечная блаженная в Царстве Мессии — Христа.

Широки врата и пространен путь. Суть образы гре­ховной жизни, которая ведет к духовной вечной смерти, и идущих по этому пути и этими вратами много, так как грех сильно влечет людей, не радящих о своем спасении.

Тесны врата и узок путь. Суть образы добродетель­ной жизни, ведущей в жизнь праведную и вечную — и мало людей идут этим путем, так как это путь ли­шений и скорбей, искушений вольных и невольных. «Широкий и пространный, как рассуждаю, слова тождезначительные… и узкий и тесный означают не что- либо разное, но слово тесный выражает высшую степень узкости, когда путь до того сужен, что иду­щему по нему надобно тесниться, то есть с обеих сторон жаться, потому что опасно всякое уклонение и в правую и в левую сторону, как на мосту, с кото­рого в какую сторону ни поверни, готова принять тебя текущая под ним вода… Посему кто предполо­жил войти в живот узким и тесным путем, тот дол­жен остерегаться всякого отступления и совращения от заповедей Господних, по писанному: не уклоняйся ни направо, ни налево: Втор. 17, 11» (Василий Вели­кий. 5, 330).

15.  Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные.

Лжепророков. Пророком в узком смысле слова на­зывается тот, кто прорекает будущее не по естествен­ному предвидению, основанному на знании законов природы или на соображении обстоятельств, но по особенному откровению Божию, а потому предрека­ет о таких предметах и обстоятельствах или событи­ях, какие естественному предвидению недоступны. Следовательно, пророком может быть только чрез­вычайный посланник Божий, которому Бог открыва­ет будущее. Так как чрезвычайное посланничество обыкновенно не ограничивалось одним откровением будущего, так как чрезвычайный посланник Божий обыкновенно предназначался быть вообще учителем народа, руководителем его в известных обстоятель­ствах, то пророком в широком смысле назывался по­сланный Богом учитель народный. Лжепророк пото­му есть тот, кого не посылал Бог ни предрекать бу­дущее, ни вообще быть учителем народным, кто сам самозванно выдает себя, за посланного Богом проро­ка, каковых лжепророков особенно много было око­ло времен плена вавилонского (Иер. 23, 9 и далее; Иез. 13, 1 и далее). Этим словом обозначаются здесь, по всей вероятности, вообще лжеучителя, ко­торых тогда было довольно между иудеями, а в част­ности — лжеучителя христианские, имеющие появиться в самых недрах Церкви Христовой, от кото­рых Господь и предостерегает своих последователей (ср.: Феофилакт), и наконец «те, которые, ведя раз­вратную жизнь, прикрывают себя личиною доброде­тели, коих многие обыкновенно называют льстеца­ми» (Златоуст).

В овечьей одежде. Овца — символ простоты и кро­тости. Иносказательное выражение быть в овечьей одежде значит иметь внешний вид, личину простоты и кротости, чтобы под этой личиной легче и удобнее увлекать за собою людей неопытных.

Волки хищные. Вприменении к лжеучителям и льстецам это выражение означает людей, которые без милосердия и сострадания завлекают в свое лжеуче­ние людей и тем губят их души, умервщляя их духов­но своим лжеучением. Образ взят от того, как если бы волк, чтобы не разогнать своим видом стадо овец, облекся в шкуру овцы и, не замеченный простоваты­ми и доверчивыми овцами, похитил и растерзал не­которых из них, а остальное стадо разогнал.

16-20.  По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? Так вся­кое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые. Не может дерево доб­рое приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. Итак по плодам их узнаете их.

Сравнить: 3, 8. Господь дает и средство узнавать таких лицемерных лжеучителей и льстецов и отли­чить их от истинных учителей: это — их дела, не са­мое учение, которое для простых и неопытных труд­но распознавать и опровергать, а их образ жизни, поведение (ср.: 24, 24-; 12, 33); плод — символ дел че­ловеческих, как растущее дерево — символ человека или жизни человека. О качестве дерева судят обык­новенно не по стволу его, не по листьям, не по цве­там, а по плодам; цветы могут быть красивые и бла­гоухающие, листва густая и нежная, но это — только украшение; по плоду судит человек о качестве дере­ва или растения: хорош плод — значит, дерево хоро­шо; худ плод — значит, дерево худо; и на худом дере­ве или растении не могут расти плоды хорошего де­рева или растения, равно как и наоборот. На тернов­нике, например, не растет виноград или на репейни­ке — смоквы. Точно так же от лжеучителя нельзя ожидать истинно христианских высоких добродете­лей, хотя бы дела его и имели внешний вид доброде­тели. И как дерево, не приносящее добрых плодов, идет на топку печей, так и эти лжеучителя подлежат адскому огню.

21. Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного.

Не всякий, говорящий и прочее. Господь без ино­сказания прямо продолжает речь о том, о чем доселе говорил под образом дерева с плодами.

Говорящий Мне: «Господи! Господи!» Иудеи, вели­чая своих учителей равви, или господин, выражали тем свое почтение к ним, признавая их своими на­ставниками и руководителями. Церковь, усвоив это имя Спасителю, выражает тем исповедание особен­ного величия Его Лица как Господа по преимуще­ству (ср.: 1 Кор. 12, 3; Флп. 2, 11). Выражение: говорящий Мне: «Господи! Господи!» — значит: признаю­щий Меня своим учителем, исповедующий веру в Меня как Господа. Не всякий из таковых внидет в Царствие Божие — в Царство Христово Небесное, хотя бы был по видимости членом Его Царства на земле или в Церкви, но будет участником в этом царстве только тот, кто, исповедуя Спасителя своим Господом, вместе с тем исполняет волю Божию, вы­раженную в Законе, то есть ведет жизнь, сообразную с волей Божией, по Его заповедям, жизнь доброде­тельную, — приносит добрые плоды.

22-23.  Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие без­законие.

В тот день. «Тем днем назвал (Господь) день Суда, как известный и ожидаемый» (Зигабен).

Не от Твоего ли имени. Через призывание Твоего имени, произнося Твое имя, по силе Твоего имени (ср.: Деян. 3, 6; 19, 13).

Пророчествовали. Не в смысле только предречения будущего, но — учительства (Сравнить, например: 1 Кор. 12, 10).

Бесов изгоняли. Вообще исцеляли одержимых злы­ми духами (ср.: примечание к 4, 24). 

Чудеса творили. Производили необыкновенные, одним силам человеческим недоступные, но силою сверхъестественною совершаемые действия, как в об­ласти природы, так в области духа человеческого. 

Я никогда не знал вас. Вы не Мои, вы не были в общении со Мною (ср.: Лк. 13, 27).

Отойдите от Меня, делающие беззаконие. Слова псалма (6, 9). Несмотря на то, что они пророчество­вали, бесов изгоняли, многие чудеса творили, Спаситель называет их беззаконниками — то, что Он выше выразил под образом дерева с худыми плодами. «В начале проповеди многие изгоняли бесов, хотя были между ними недостойные, и демоны обращались в бегство собственно от имени Иисуса. Благодать дей­ствует и через недостойных, так как мы, например, освящаемся и от недостойных священников; и Иуда творил чудеса, и сыны Скевы» (Феофилакт; ср.: Зла­тоуст). «Впрочем, от сих чудес они никакой для себя не получили пользы, кроме большего наказания… Ибо вся сия благодать была не что иное, как дар по­давшего оную, а те ничего от себя не привнесли; по­чему справедливо и наказываются, поскольку сдела­лись неблагодарными и нечувствительными пред Тем, Кто столько их почтил, что дал им, хотя и недостой­ным, благодать чудотворения» (Златоуст). Возмож­ность обладания такими дарами у людей, хотя почи­тающихся христианами, но не имеющих свойств ис­тинных христиан, указывает Апостол Павел, когда говорит, что хотя бы кто-либо говорил языками чело­веческими и ангельскими, имел дар пророчества и дар горы переставлять, но не имеет любви — суще­ственного свойства истинного христианина, то он — ничто (1 Кор. 13, 1—2). Может быть также, что здесь разумеются обладавшие чудотворными дарами и по­том угасившие в себе Духа (1 Фес. 5, 19). Всем тако­вым Господь скажет: Я не знал вас, — вы не были ис­тинными христианами, и нет вам участия в славном Царстве Моем. «Я не любил вас за лукавое сердце ваше и тогда, когда вы именем Моим творили чуде­са. Знанием здесь называется любовь» (Феофилакт). 

24-27. Итак всякого, кто слушает слова Мои сии и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне; и пошел дождь, и разли­лись реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне. А вся­кий, кто слушает сии слова Мои и не исполняет их, уподобится человеку безрассудному, который построил дом свой на песке; и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое.

Беседу Свою Нагорную Господь заканчивает вели­чественным сравнением, которое особенно должно было поразить Его слушателей. Человека, который слушает слова Его и исполняет их, то есть ведет жизнь, сообразную с Его учением, Он уподобляет че­ловеку, строящему дом свой на камне, а того, кто только слушает, но не исполняет, — строящему дом свой на песке. Палестина в большей части своей — страна гористая и холмистая, и как другие подобные местности, подвержена внезапным, стремительным и проливным дождям с сильными бурями. Горные реч­ки, потоки и ручьи, которые обыкновенно стояли су­хими в продолжение бездождия, вдруг наполнялись водою и стремительно низвергались на равнины и долины. При стремительности своей они увлекали все за собою, что попадалось им на пути. Целые зда­ния, которые лежали на пути их течения, не могли иногда противостоять стремительности напора, осо­бенно если они нетвердо были построены, стояли, например, на песчаном грунте; они тряслись в самом основании, подмытые падали и разносились всепо­глощающей волной. Скал и камней было много в Палестине и, конечно, на них безопаснее было стро­ить дом, что и делали более благоразумные люди. Это сравнение должно было сильно поразить иудея. Так бури искушений и бедствий внезапно и постоян­но грозят спокойствию душевному и духовному. Ко­гда мы считаем себя в безопасности, вдруг может разразиться над нами гроза бедствий; в один миг здо­ровье, счастье, богатство, спокойствие душевное — все может погибнуть. Кто может быть спокоен и сча­стлив при таком положении дел земных? Тот, кто со Христом и во Христе. Живущие по слову и Закону Христову могут считать себя безопасными от круше­ния среди бурь, бед и искушений и, обладая верою и любовью, не боятся их; если бы их и постигли иску­шения и бедствия, они пребыли бы твердыми, пере­несли испытания, тем более что Господь не попустит им искушения сверх силы их (1 Кор. 10, 13) Но не исполняющий заповедей Христовых не устоит; если поднимутся подобные бури, у него не будет сил про­тивиться им. Чаше всего он впадает в отчаяние — и тогда падение его бывает великое, гибельное для него самого и поразительное для других.

28-29. И когда Иисус окончил слова сии, народ Ди­вился учению Его, ибо Он учил их, как власть имею­щий, а не как книжники и фарисеи. 

Народ дивился учению. Дивятся, когда видят или слышат неожиданное, новое и особенное. Все это было для народа в учении Христовом. Было еще бо­лее: Он учил их, как власть имеющий, а не как книж­ники и фарисеи — эти ученые представители народа. По большей части их учение состояло в мелочах, бес­полезных словоизвитиях и словопрениях. Учение Иисуса Христа было просто, важно и возвышенно, как подобает быть Божественному учению. Он имел власть не только изъяснять Закон, но и отменять его, и следовательно, мог говорить так, как не мог гово­рить ни один из людей. И пророки говорили, как власть имеющие, но у Христа эта власть основывалась не на вдохновении от Бога только, как у пророков, а на Его собственном Божественном достоинстве Ис­тинного законодателя и Господа Закона.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s