3.8. Беседа 8 (22)

БЕСЕДА  22

Почему, говоря о заботе касательно одежды, Христос приводит в пример лилию. — Промышление Божие о человеке. —  Почему Христос усвояет промышление Богу Отцу. — Вера в Промысл освобождает от безполезных забот и малодушия. — Искание благ небесных дает и блага земные. — Что означает выражение довлеет дневи злоба его. Все, что мы ни делаем (доброго), делаем помощью Бога. — Искреннее желание делает легко исполнимою каждую заповедь. — Нет греха который не изглаждался бы покаянием. — Бог не спасает человека против (его) воли. — Усиленная молитва всегда бывает услышана. — Бог не может быть врагом человека. — Молитва всегда благовременна и угодна Богу.

________________

Посмотрите на полевые лилии, как они растут?  Ни трудятся, ни прядут; но говорю вам, что и Соломон

во всей своей славе не одевался так, как всякая из них. (Мф.6,28-29)

     1.   Спаситель, сказав о необходимой пище и показав, что и о ней не нужно заботиться, переходит далее к тому, о чем еще менее надобно заботиться, потому что одежда не так необходима, как пища. Почему же Он, говоря об одежде, не употребил того же самого сравнения, заимствованного от птиц и не упоминает нам о павлине, лебеде и овце? Ведь и отсюда можно было бы заимствовать много примеров? Это потому, что Христос хочет с двух сторон показать важность предложенной Им заповеди – и со стороны ничтожества того, что облечено в такую красоту, и со стороны самой красоты, данной лилиям. Вот почему, описав красоту лилий, Он уже после и не называет их лилиями, но «травой полевой» (Мф.6,30). Даже не довольствуется и этим названием, но еще и с другой стороны представляет их ничтожность, говоря: «которая сегодня есть», и не говорит: этой травы на другой день уже нет, но еще более унижает, говоря: «будет брошена в печь». Также Он сказал не просто: «одевает», но «так одевает». Видишь, как Спаситель постепенно все более и более усиливает Свой мысль? И делает Он это для того, чтобы сильнее подействовать на Своих слушателей. Для того же Он прибавил и слова: «не гораздо ли больше вас?» Это сказано с особенной выразительностью и силой. Словом «вас» Он показывает не что иное, как то, что род человеческий удостоен от Бога великой чести и особого попечения. Христос как бы говорил: вас, которых Бог одарил душой, для которых образовал тело, для которых создал все видимое, для которых послал пророков, которым дал Закон и соделал бесчисленные блага, для которых предал Единородного Сына (и через Него сообщил бесчисленные дары). После этого Спаситель упрекает слушателей, говоря: «маловеры»! Таково свойство советующего. Он не только убеждает, но и обличает, чтобы еще более побудить к повиновению Своим словам. Так Христос запрещает нам не только заботиться о красивых одеждах, но и удивляться, когда видим их на других. Убранство цветов, красота трав и даже само сено более достойны удивления, чем наши дорогие одежды. Итак, для чего ты гордишься тем, в чем тебя несравненно превосходит трава? Заметь, как Спаситель с самого начала показывает, что Его заповедь легка, удаляя (всякую мысль об излишних заботах, точно так же, как и прежде, когда говорил Он о пище, то есть удаляя) от того, что слушатели боялись. Сказав: «посмотрите на полевые лилии», Он добавил: «ни трудятся». Значит, этой заповедью Он хочет освободить нас от трудов. Итак, не то составляет труд, когда мы не заботимся об одежде, но то, когда заботимся. И как тогда, когда Христос сказал: «ни сеют», запретил не сеяние, но излишнюю заботу о пище, так и этими словами: «ни трудятся, ни прядут», запрещает не само занятие, но излишнюю заботу об одежде. Соломон во всем своем величии не мог сравниться с красотой цветов, и, притом, не какой-нибудь один раз, но во все время своего царствования (никто не может сказать, что Соломон ныне так одевался, а в другое время иначе; нет, не было ни одного дня, когда бы он украшался так великолепно, как цветы, – на что Христос и указывает словами: «во всей своей славе»). Притом, Соломон красотой своих одежд не мог сравниться не только с одним или с другим цветком, но и со всеми без исключения (поэтому Спаситель и сказал: «как всякая из них», – а между одеждами и цветами существует такое же различие, как между истиной и ложью). Итак, если и этот царь, знаменитейший из всех когда-либо бывших на земле, не мог сравняться с полевыми цветами, то можешь ли ты когда-либо превзойти красоту цветов, или хотя бы немного приблизиться к ней? Отсюда Спаситель научает нас, чтобы мы совершенно и не думали о таком украшении. Смотри, какой его конец. Спаситель, после того как восхваляет красоту лилий, говорит: «будет брошена в печь». Итак, если Бог столь промышляет о вещах ничего не стоящих и доставляющих саму малую пользу, то неужели Он не будет заботиться о тебе – существе лучшем из всех существ? Ты спросишь, для чего же Бог сотворил цветы столь прекрасными? Для того, чтобы показать Свой премудрость и Свое великое могущество, чтобы мы из всего этого познали Его славу. Не только «небеса проповедают славу Божию» ( Пс.18,1), но и земля. И Давид, свидетельствуя об этом, сказал: «Хвалите Господа… горы и все холмы, дерева плодоносные и все кедры (Пс.148,7,9). Одно прославляет своего Творца плодоносностью, другое величием, иное красотой. И это – знак великой мудрости и могущества Божия, заключающийся в том, что Он облекает в такую красоту самое последнее Свое творение. (В самом деле, что может быть еще ниже того, что сегодня существует, а завтра нет?) Итак, если Бог и траве дает то, что ей вовсе не нужно (нужна ли, например, ее красота огню?), то как Он может тебе не дать того, в чем ты нуждаешься? Если и самое последнее Свое творение Он украсил с избытком, и это не по какой-либо нужде, но ради великолепия, то тем более украсит всем нужным тебя – существо драгоценнейшее из всех.

       2.   Так как Спаситель уже доказал промысел Божий о человеке, то Ему теперь только осталось обличить слушателей. Это Его обличение соединено с кротостью. Он обличает своих слушателей не в неверии, а в маловерии: «если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, не гораздо ли больше вас, маловеры!», – говорит Он. Хотя все это Он совершает Сам, потому что «все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» ( Ин.1,8), однако Он нигде не упоминает о самом Себе. Пока для доказательства Его власти достаточно и того, что при каждой заповеди Он говорит: «вы слышали, что сказано древним; а Я говорю вам» (Мф.5,21,22). Не удивляйся, если Христос в последующих словах или вовсе не говорит о Себе, или говорит со смирением: прежде всего Он заботится о том, чтобы Его слово охотно было принято слушателями, показывает, что Он не противник Богу, но имеет единомыслие с Отцом и во всем с Ним согласен. На протяжении всей беседы Он постоянно упоминает об Отце, удивляясь Его премудрости, промышлению и попечению обо всем: о малом и о великом. Когда Он говорит об Иерусалиме, то называет его городом великого Царя; когда упоминает о небе, именует его престолом Божиим. Рассуждая о строительстве мира, Он опять все приписывает Богу, говоря: «ибо Он повелевает Своему солнцу восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Мф.5,45). И в молитве научил нас говорить: «ибо Твое есть Царство и сила, и слава» (Мф.6,13). Равным образом и здесь, рассуждая о промысле Божием, показывая, как Бог даже и в малых вещах являет Себя превосходным художником, говорит, что Он траву полевую одевает. И притом нигде не называет Его Своим Отцом, но Отцом их (слушателей), чтобы лучше их убедить представлением о такой почести, и чтобы они уже не негодовали, когда Он назовет Его Своим Отцом. Но если о маловажных и необходимых вещах не должно заботиться, то какого прощения будут достойны те, которые даже лишают себя сна, чтобы похитить чужое? «Не заботьтесь и не говорите: «что нам есть?» или: «что пить?» или: «во что одеться?» Потому что всего этого ищут язычники…» (Мф.6,31-32). Видишь, как Он опять, и притом гораздо сильнее, чем прежде, обличает слушателей, и показывает при этом, что Он не заповедует трудного и неудобоисполнимого? Подобно тому, как тогда, когда Он говорил: если любите любящих вас, то ничего великого не делаете, – и язычники то же творят (Мф.5,46-47), – этим напоминанием о язычниках возбуждая Своих слушателей к большему, – так и теперь упоминает язычников для того, чтобы обличить нас и показать, что Он от нас требует самого необходимого. Если нам должно превзойти книжников и фарисеев, то чего мы будем достойны, когда не только не превосходим их, но и пребываем в слабости язычников, и ревнуем их малодушию? На этом обличении Христос, однако, не остановился, но после того, как тронул, пробудил, сильно укорил Своих слушателей, с другой стороны утешает их, говоря: «потому что ваш Небесный Отец знает, что вы имеете нужду во всем этом» (Мф.6,32). Не сказал: знает Бог, но – «ваш Отец знает», чтобы, таким образом, возбудить в них большое упование. В самом деле, если Бог есть Отец, и притом Отец всеведущий и попечительный, то Он не может презреть сыновей, находящихся в бедах, когда даже и люди, будучи отцами, не делают этого. Вместе с тем Христос приводит и другое доказательство. Какое же? «Что вы имеете нужду во всем этом». Смысл этих слов Его такой: излишне ли это, чтобы Бог мог пренебрегать этим? Он даже и излишним не пренебрегает, как, например, красотой в цветах; а тут – необходимое. Таким образом, что тебя побуждает заботиться, то, по-моему, должно отвлекать тебя от такой заботливости. Если ты скажешь: мне потому необходимо заботиться о пище и одежде, что они нужны, то я, напротив, скажу: по тому-то самому, что они необходимы, ты и не должен заботиться. Если бы они были и излишни, то и тогда надлежало бы не отчаиваться, но с твердым упованием ожидать их дарования; а раз они необходимы, то и сомневаться об этом не следует. Какой отец не захочет доставить необходимого своим детям? Так уже и поэтому Бог непременно подаст нужное. Он сам и Творец природы, и совершенно знает нужды ее. Ты не можешь сказать, что, хотя Бог есть Отец, и требуемое нами необходимо, но Он не знает, что мы имеем нужду в этом. Кто знает самую природу, Кто сотворил и так устроил ее, Тот, очевидно, знает и нужды ее лучше тебя, имеющего нужду в пище и одежде: Ему же ведь угодно было даровать природе твоей такую потребность. Он не будет противоречить Себе, лишая наше естество нужного и необходимого, тогда как Сам устроил его с такими потребностями.

      3.   Итак, не будем заботиться; от своих забот мы ничего не получим, кроме того только, что они развлекут нас. Если Бог подает нам все нужное, заботимся ли о том или не заботимся, и притом подает скорее тогда, когда мы не заботимся, то какую пользу доставляет тебе твоя суетливость, кроме того, что ты казнишь самого себя? Заботится ли о пище тот, кто идет на пышный обед? Запасается ли питьем тот, кто идет к источнику? И мы, имея у себя блага лучше и обильнее, нежели сколько воды в потоках и брашен на вечерях, то есть, промысл Божий, – не должны заботиться и малодушествовать. Сверх вышесказанного, Спаситель для возбуждения в нас несомненного упования во всех вещах на промысл Божий представляет еще доказательство, говоря: «ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6,33). Удалив от нас всякую мысль об излишних заботах, Христос упомянул и о небесах; Он для того и пришел, чтобы разрушить древнее, и призвать нас к лучшему отечеству; поэтому Он все делает, чтобы удалить нас от излишеств и от пристрастия к земным вещам. Для того и о язычниках упомянул, сказав, что этих ищут язычники, которые весь свой труд ограничивают настоящей жизнью, которые нимало не рассуждают о будущности и не думают о небесах. А для вас не это должно быть важно, но другое. Мы не для того ведь сотворены, чтобы есть, пить и одеваться, но чтобы угодить Богу и получить будущие блага. Итак, усиленно и заботиться, и молиться о земном не должно. Потому и Спаситель сказал: ищите царства небесного, и эта вся приложится вам. И не сказал: даны будут, но – приложатся, чтобы ты знал, что настоящие блага ничего не значат в сравнении с величием будущих. Потому-то Он и не повелевает просить настоящих благ, но просить иных благ, и надеяться, что и те присоединятся к этим. Итак, ищи благ будущих – и получишь настоящие; не ищи видимых – и непременно получишь их. Да и неприлично тебе приступать ко Владыке с молитвой о таковых благах. Будучи обязан прилагать все тщание и всю заботу свой о неизреченных благах, ты крайне бесчестишь себя, когда изнуряешь себя заботливыми помыслами о благах скоропреходящих. Но как же, – скажешь ты, – разве Христос не повелел просить хлеба? Но Он присовокупил: «насущного», и опять к этому прибавил: «на сей день». То же самое Он и здесь внушает; не просто сказал: «не заботьтесь», но: «не заботьтесь о завтрашнем дне» (Мф.6,34). Таким образом, Он вместе дарует и свободу нам, и обращает нашу душу к предметам более необходимым. И если Он повелевает молиться, то не потому, будто бы Бог имеет нужду в нашем напоминании, но для того, чтобы нам знать, что мы только Его помощью совершаем все, что ни делаем, и чтобы нам непрестанным молением сделаться Ему более приятными. Видишь ли, как и здесь Он уверяет Своих слушателей, что они непременно получат настоящие блага? Тот, кто подает большее, тем скорее даст меньшее. Не для того, говорит Он, Я не велел заботиться и просить, чтобы вы бедствовали, ходили наги, но чтобы во всем был у вас достаток. А этим Он более всего мог привлечь слушателей к Себе. Потому, как при подаянии милостыни Он запрещает им показываться людям, убеждая преимущественно тем, что обещает через то большую честь (именно сказал: «твой Отец, видящий тайное, воздаст тебе явно»), так и здесь, отклоняя их от искания настоящих благ, отклоняет особенно Своим обещанием – доставить им эти блага в большем изобилии, если не станут искать их. Я, говорит Он, запрещаю искать не для того, чтобы ты не получил, но чтобы получил в большем обилии, и получил, как тебе прилично получить, с истинной пользой для тебя; чтобы ты заботой и мучительным попечением об этих благах не сделался недостойным и их, и духовных благ, чтобы ты не навлек на себя излишнего бедствия и не лишился желаемого тобой. «Не заботьтесь о завтрашнем дне, довольно для каждого дня его злобы», т. е. его скудости и печали. Не довольно ли для тебя есть твой хлеб в поте твоего лица? Для чего подвергаешь себя и другому злостраданию, происходящему от твоей заботы, тогда как ты должен быть свободен и от первых трудов?

    4.  Злобой Спаситель здесь называет не лукавство, – нет, – но злострадание, труд и несчастия; так и в другом месте говорится: «бывает ли в городе зло, которое Господь не попустил бы?» (Ам.3,6). Здесь под бедствием разумеются не грабительства, не любостяжание, и не другое что-либо тому подобное, но наказания, посылаемые свыше. И еще говорится: «Я устанавливаю мир и произвожу зло» (Ис. 45,7). И здесь говорится не о злобе, но о голоде и заразе, которые для многих кажутся злом; многие обыкновенно так и называют их. Так и жрецы, и волхвы пяти городов, когда, впрягши в колесницу под кивот коров без телят, пустили их идти, куда они захотят, называли злом и ниспосланные свыше наказания, и происшедшую от них скорбь и печаль (1 Цар. 6,9). Итак, то же самое Спаситель обозначает злобой и здесь, говоря: «довольно для каждого дня его злобы», потому что ничто столько не мучит душу, как попечение и забота. Подобным образом и Павел, склоняя к девственности, предлагал следующий совет: «хочу, чтобы вы были без забот» (1 Кор.7,32). Когда же Христос говорит, что «завтрашний сам будет заботиться о своем», то говорит это не потому, будто бы день заботится о себе, но так как Он говорил с простым народом, то, желая сделать Свои слова выразительнее, олицетворяет время, сообразно общему обыкновению. Здесь Он предлагает только совет, но по прошествии времени поставляет это уже в закон, говоря: «не берите с собой ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу» (Мф.10,9). Сперва на деле, а потом и словом Он устанавливает новый, твердый закон, от чего и Его слово, прежде подтвержденное самыми Его делами, легко принималось. А что Он Свое учение о бесстрастии к земному доказал самыми Своими делами, то послушай, что Он говорит: «Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову» (Мф.8,20). И не довольствуется одним только собственным примером, но и в учениках представляет нам тот же пример, когда и им внушил не заботиться о земном, и не допустил ни в чем нуждаться. Но смотри, – Его попечение превышает нежность всякого отца. Заповедую это, говорить Он, не для иного чего, как только для освобождения вас от излишних забот, потому что если ты сегодня будешь заботиться о завтрашнем, то опять и завтра тебе нужно будет заботиться. Итак, к чему излишнее? Для чего ты стараешься отяготить настоящий день больше, чем уделено ему тяготы? Для чего возлагаешь на него бремя и наступающего дня? Таким прибавлением ты не можешь облегчить тяжести другого дня, но только покажешь жадность к излишним трудам. Чтобы сильнее тронуть Своих слушателей, Христос олицетворяет самое время и представляет его как бы обиженным и вопиющим против напрасной обиды, которую они учиняют ему. Ты получил день для того, чтобы заботиться о принадлежащем к нему. Для чего же возлагаешь на него и попечение другого дня? Неужели забота о себе не составляет для него достаточного бремени? Для чего же более надлежащего отягощаешь его?

Нравоучение 22-e.

О том, что когда желаем благого,

то во всем нам помогает Бог и о том,

что должно  всегда усиленно просить у Бога духовных благ.

____________________________

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s