Нравоучение 23

Нравоучение 23-e.

 

О том, что нет более горькой муки, чем лишиться Царствия Небесного

и о том, что добродетельная жизнь,

а не богатство и власть

делает нас светлыми богатыми и великолепными. [1]

     Здесь, мне кажется, Он разумеет и иудеев, которые являли такие плоды, – почему и напомнил им слова Иоанна, описывая казнь их теми же словами. И тот говорил то же, напоминая им топор, и дерево посекаемое, и огонь неугасимый. И, кажется, здесь одно только наказание, именно сожжение; но если кто внимательнее рассмотрит, тот найдет два наказания. В самом деле, кто сжигается, тот без сомнения лишается и царствия; а это наказание хуже первого. Знаю, что многие ужасаются только одной геенны; но я думаю, что лишение небесной славы есть мучение более жестокое, чем геенна. Если этого нельзя представить в слове, то нет ничего удивительного; мы ведь не знаем и блаженства вечных благ, чтобы ясно видеть несчастье, происходящее от их лишения. А Павел, который ясно знал это, видел, что отпасть от славы Христа всего ужаснее. Это и мы узнаем, когда будем испытывать на себе.

     8.  О, если бы мы никогда не подвергались этому, Единородный Сыне Божий, – если бы никогда не испытали на себе этого нестерпимого наказания! Невозможно ясно выразить, как велико зло – лишиться небесных благ; впрочем, сколько могу, постараюсь и поспешу хотя несколько обяснить вам на примере. Представим себе такого удивительного юношу, который бы с добродетелью соединял царствование над вселенной, и который бы во всем был бы так совершенен, что мог бы во всех возбудить к себе отеческую любовь. Чего, думаете вы, не согласился бы с удовольствием претерпеть отец этого юноши, чтобы только не лишиться его общения? Или, на какое бы несчастье, великое то или малое, не решился бы он, чтобы только видеть и увеселяться с ним? Подобным образом мы должны размышлять и о небесной славе. Поистине, не столько любезно и вожделенно отцу его дитя, как бы оно ни было совершенно, сколько вожделенно получить те блага, разрешиться и быть со Христом (Фил.1,23). Неистерпима геенна и мучение в ней; но если представить и тысячи геенн, то все это ничего не будет значить в сравнении с несчастьем лишиться той блаженной славы, быть возненавиденным Христом и слышать от Него: «не знаю вас» (Мф.25,12) и обвинение, что мы, видя Его голодным, не напитали. Поистине лучше подвергнутся бесчисленным ударам молнии, чем видеть, как кроткое лицо Господа отвращается от нас и Его ясный глаз не хочет взирать на нас. И, действительно, если Он меня, Своего врага, при всей к Нему ненависти и отвращении от Него так возлюбил, что даже не пощадил самого Себя, но предал Себя на смерть, и если, после этого, не подам Ему хлеба, когда он голоден, – то какими уже глазами буду взирать на него? Но и здесь заметь Его кротость. Он не исчисляет Своих благодеяний, не жалуется на то, что ты презрел столь великого своего благодетеля, не говорит: Я тебя привел из небытия в бытие, вдохнул в тебя душу, поставил тебя владыкой над всем, что находится на земле; для тебя Я сотворил землю и небо, море и воздух, и все сущее; от тебя я был презрен и казался тебе ниже дьявола, но при всем том не оставил тебя: бесчисленные открыл средства для твоего спасения, восхотел сделаться рабом, был бит по щекам, оплеван, заклан, умер позорнейшей смертью; даже на небе за тебя ходатайствую, даю тебе Духа, удостаиваю тебя царства и предлагаю тебе такие благодеяния; восхотел быть твоим главой, женихом, ризой, домом, корнем, пищей, питьем, пастырем, царем и братом; избрал тебя Своим наследником и сонаследником, из мрака привел тебя в область света. Хотя Господь мог сказать это и еще более того, но Он ничего такого не говорит, а упоминает только об одном твоем грехе. Являет и здесь Свою любовь и милосердие, которое имеет к тебе. Не сказал: «отойдите в огонь», уготованный вам, но – «уготованный дьяволу». И прежде говорит о том, чем Его обидели, но и тут упоминает не обо всех обидах, а о немногих. Притом, прежде осуждения оскорбившего Его, Он призывает праведных, чтобы показать, что Он справедливо обвиняет. Какого же мучения не ужаснее эти Его слова? Никто, видя благодетеля своего изнывающим от голода, не презрит его; а если бы и презрел, то после того лучше бы согласился сам с поношением скрыться в землю, чем при двух или трех друзьях слышать обвинение в этом. Что же будет нами, когда перед всей вселенной услышим от Господа подобное обвинение, которого, впрочем, Он не произнес бы и тогда, если бы не хотел оправдать Своего суда? А что Он произнес это обвинение не в поношение грешников, но в оправдание самого Себя и для показания, что Он недаром и не без причины говорил к ним: «отойдите от Меня», – это очевидно из неизреченных Его благодеяний. Если бы Он хотел подвергнуть грешников поношению, то выставил бы все свои благодеяния; а Он говорит только о том, что претерпел.

      9.   Итак, возлюбленные, убоимся услышать эти слова. Наша жизнь – не игра, или лучше сказать, настоящая жизнь – игра, но будущая не – игра. А может быть, и не игра только, но хуже того. Не смехом оканчивается, но и больше причиняет вред тем, которые не хотят старательно благоустроить самих себя. Скажи мне: чем мы, созидающие великолепные дома, отличаемся от детей, играющих в строящих домики? Какое различие между их обедом и нашей роскошью? Нет никакого, – разве только то, что мы это делаем с мучением. Если же мы не примечаем ничтожности всего этого, нет ничего в этом удивительного, потому что мы еще не сделались взрослыми. А когда сделаемся, то узнаем, что все это детские забавы. Приходя в зрелый возраст, мы смеемся над детскими занятиями, хотя в детском возрасте почитаем эти занятия весьма важными и, собирая черепки и грязь, тщеславимся не менее тех, которые строят высокие стены. И, однако, построенное нами скоро разрушается и падает; да если бы и стояло, на что нам годилось бы? Так и великолепные наши дома. Они ведь не могут принять небесного гражданина, и не захочет обитать в них тот, кто имеет высшее отечество; но так мы ногами разрушаем детские игрушки, так и Он своим Духом ниспровергает наши здания. И как мы смеемся над детьми, плачущими над разрушенным домиком, так и он не только смеется, но и плачет, когда мы рыдаем о своих домах потому что он имеет сострадательное сердце, и видит для нас великий от этого вред. Итак, будем врослыми. Долго ли нам пресмыкаться по земле? Долго ли величаться камнями и деревьями? Долго ли играть? И если бы только играли! Нет, мы оставляем и самое свое спасение. И как дети, пренебрегающие учением, а занимающиеся играми только, подвергаются жестоким наказаниям, так и мы, истощив все свое старание на житейские занятия, и, оказавшись не в состоянии дать на деле отчет о духовном учении, который после смерти потребуется от нас, понесем крайнее наказание. И никто не может избавить нас, хотя бы то был отец, хотя бы брат, или другой кто-либо. Но все, чему мы преданы ныне, погибнет, а мучение, происходящее от этого, будет бесконечное и непрестанное. Так это случается и с детьми, когда отец за их леность совершенно истребляет все их детские игрушки, и через то заставляет их непрестанно плакать. А чтобы уверится тебе в истине моих слов, я представлю такую вещь, которую люди более всего почитают достойной уважения, именно, богатство, и противопоставлю ему душевную добродетель, какую тебе угодно: тогда ты ясно увидишь всю его нищету. Итак, представим двух людей (я уже не говорю о любостяжании, а о богатстве, правильно приобретенном), и один из них пусть умножает свое имение, пусть переплывает моря, обрабатывает землю и употребляет всякие другие способы к приобретению; хотя я и не знаю, может ли он, так поступая, делать законное приобретение, но положим, что он приобретает выгоды законным образом. Пусть будет так; пусть он покупает поля, рабов и прочее, пусть не будет в этом приобретении его ни одной неправды. Напротив, другой, столь же богатый, пусть продает свои поля, продает дома, золотые и серебряные сосуды, подает требующим; пусть облегчает участь бедных, врачует больных, помогает находящимся в нужде; пусть разрешает от уз, одних выводит из рудокопней, других освобождает от удавления, пленников освобождает от наказания… На чьей стороне хотели бы вы быть? Впрочем, я еще не сказал о будущем, но пока о настоящем. Итак, кому из них хотели бы вы последовать: тому ли, который собирает золото, или тому, который избавляет других от несчастья? Тому ли, который покупает поля, или тому, который определил себя на служение роду человеческому? Тому ли, который окружен множеством золота, или тому, который увенчан бесчисленными похвалами? Не уподобляется ли этот последний некоему ангелу, сшедшему с небес для исправления прочих людей? А другой не похож ли более того на какое – то дитя, которое собирает все без цели и смысла, чем на возрастного? Если же и законное приобретение богатств так достойно смеха, и есть знак крайнего безумия, то как не назвать того несчастнейшим из всех, кто еще и неправедно собирает его? Если же и теперь он достоин великого смеха, то каких слез достойна будет его жизнь по смерти, когда присоединится к тому геенна и лишение царства?

  10.  Но рассмотрим, если хочешь, и другой вид добродетели. Для этого представим опять другого человека – могущественного, всеми повелевающего, облеченного великим саном, имеющего и блистящего глашатого, и пояс, и жезлоносцев, и большое число слуг. Не представляется ли тебя это все великим и вожделенным? Теперь этому человеку противопоставим другого: незлобивого, кроткого, смиренного и великодушного: пусть будут его оскорблять, бить, а он пусть будет сносить терпеливо и благословлять таким образом поступивших с ним. Итак, скажи мне: кто достоин удивления, – тот ли, надменный и напыщенный, или этот, униженный? Не уподобляется ли этот последний горним бесстрастным силам, а тот – надутому пузырю, или человеку, болеющему водяной болезнью и сильной опухолью? Не подобен ли тот духовному врачу, а этот смешному ребенку, надувающему щеки? Да и чем ты гордишься, человек? Тем ли, что ты носишься на высокой колеснице? Или тем, что тебя возят запряженные мулы? Так что же? это бывает и с камнями. Или тем, что ты одет в красивые одежды? Но посмотри на того, кто вместо одежд обличен добродетелью, – и увидишь, что ты подобен гниющей траве, а он подобен дереву, приносящему чудный плод, и доставляющему большое удовольствие зрителям. Ты носишь на себе пищу червей и моли, которые, если нападут на тебя, скоро обнажат тебя от этого украшения (так как одежды – пряжа червей, а золото и серебро – земля и прах; да, земля – и ничего более). Украшенный же добродетелью имеет такую одежду, которой не только моль, но и сама смерть не может повредить. И это весьма справедливо: добродетели души не имеют земное начало, но – плод духовный, и не подлежат седению от червей. Эти одежды ткутся на небе, где нет ни моли, ни червей, ни чего-либо подобного. Итак, скажи мне, что лучше богатым ли быть, или бедным? Во славе ли быть, или в унижении? Иметь ли изобилие, или терпеть голод? Конечно, лучше быть в чести, иметь изобилие и богатство. Итак, если ты хочешь самых вещей, а не одних названий, то оставь землю и все, что находится в ней, и переселись на небо. Все здешнее есть одна тень, а там все неподвижно, непоколебимо, и никем не может быть похищено. Итак, будем искать небесного со всяким старанием, чтобы мы освободились от здешних беспокойств, и, приплывши к тихому пристанищу, явиться с великим грузом и неизреченным богатством милостыни. О, если бы всем нам достичь этого пристанища и богатства благодатью и человеколюбием нашего Господа Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.

 _____________________

 [1]   «Яко горше муки есть, царствия лишится, и яко добродетельное житие светла творит, а не богатство и власть.»   (по издан.  Свт. Иоанн Златоуст. «Беседы на Матфея Евангелиста». Ч.1. М., 1781.  Нравоучение 23-е)

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s